Безумные двадцатые

20-е годы ХХ в. были временем, когда с кинематографом познакомились многомиллионные массы рабочих и крестьян Советской России. Не обошел этот первый советский кинобум и Марийский край.

20-е годы ХХ в. были временем, когда с кинематографом познакомились многомиллионные массы рабочих и крестьян Советской России. Не обошел этот первый советский кинобум и Марийский край.

Уже на заре советской власти, когда в стране бушевала Гражданская война, кино стало выполнять роль политического плаката, иллюстраций большевистских лозунгов, что видно из самих названий киноагиток: «Все под ружье!», «Красноармеец, кто твой враг?», «Все для фронта», «Запуганный буржуй», «Чините паровозы».

Это было документальное кино в виде информационной хроники. Оно получило широкое распространение. Сюжеты для своих лент документалисты черпали отовсюду. Так, в день 5-летия Маробласти в 1925 г. в Краснококшайске проводилась первая в истории Марийского края киносъемка. Ее осуществил сотрудник легендарного кинодокументалиста Дзиги Вертова Яков Моисеевич Толчан. Материал, снятый Толчаном, вошел в фильмы «Шагай, Совет!» и «Шестая часть суши».

А что же смотрел советский зритель 20-х гг. из художественных лент «великого немого», каковым тогда было кино? Прежде всего, боевики (кстати, и само это слово оттуда, из 20-х годов), несколько меньше – мелодрамы и исторические фильмы. Не прошли мимо нас и чаплинские шедевры – «Золотая лихорадка», «Малыш», «Бродяга», «Зарабатывая на жизнь».

Но все же, положа руку на сердце, надо признать, что основные достижения мирового кинематографа – американского, немецкого и французского – оказались для провинциальных любителей кино Страны Советов недоступными. Кто из жителей Маробласти видел в 20-е гг. фильмы Фрица Ланга «Нибелунги», «Доктор Мабузе», «Метрополис», жуткий «Кабинет доктора Калигари» Вине и Майера, ставшие вершинами экспрессионизма? «Индийская гробница» пришла к нам после 1945 г. в числе трофеев, взятых Красной армией. О французском авангарде 20-х у нас тоже мало кто был наслышан.

Вот и крутили в советской провинции зарубежное кино второго сорта вроде лент «Титулованные хищники», «Рука в перчатке», «Под чужим именем», «Пленница европейских гаремов», «Кожаные перчатки» и многосерийный итальянский «Мацист» (1918 – 1926 гг.).

Отечественное кино 20-х годов было в числе первых среди мировых киногигантов. «Броненосец Потемкин» (1925), «Мать» (1926), «Конец Санкт-Петербургу» (1927), «Новый Вавилон» (1928), «Потомок Чингисхана» снискали славу признанных шедевров, а «Броненосец Потемкин» по опросу, проведенному среди киноведов и журналистов в 1957 г., вообще занял 1-е место в десятке лучших фильмов «всех времен и народов».

С удовольствием смотрели зрители и сатирические комедии Протазанова «Закройщик из Торжка» (1925), «Процесс о трех миллионах» (1928), «Праздник святого Йоргена» (1930), которые подолгу не сходили с экранов. А еще были в почете острые гротесковые фильмы Кулешова, ФЭКСы (фабрики эксцентрического актера), «Третья Мещанка» Роома.

Впрочем, советское кино тоже было разным по уровню. И в том же Краснококшайске показывали не только шедевры вроде «Броненосца», но и «кассовые ленты» периода НЭПа – «Банду батьки Кныша» (1924) и «В тылу у белых» (1925). Билеты стоили дорого – от 65 копеек до рубля, притом что средняя зарплата служащих в Маробласти в 1924 – 1925 гг. была 40 рублей. И все равно залы были полными. Афиши заранее предупреждали о том, что на такие-то фильмы не рекомендуется ходить слабонервным, женщинам и детям.

В 20-е годы в СССР были очень популярны открытки с портретами кинозвезд, большей частью зарубежных, таких как Мери Пикфорз, Дугласа Фербенкса, Гарри Пиля, Полы Негри, Луизы Брукс, Асты Нильсен. Открытки тоже стоили недешево – от 8 до 10 копеек.

Аппаратура того времени позволяла крутить кино даже в самом простом сельском клубе. Тем более что фильмы были немыми. Кино было передвижным, и приезд киномеханика с коробками, в которых находилась пленка, превращался в настоящий праздник для людей, ведь для них экран с движущимися людьми был таким же чудом, как радио, электрическое освещение.

В 1928 г. кинематографисты из «Востоккино» совершили экспедицию в Маробласть, про которую тогда в СССР еще знали немногое. Впрочем, одним из «брендов» Марийского края была репутация народа мари как последних язычников Европы. В Моркинском кантоне кинематографисты из Москвы, консультируясь у марийских ученых Валериана Васильева и Федора Егорова, сняли фильм о культуре и быте марийцев.

В 1929 г. был выпущен документальный фильм «Марийская автономная область». Лента сохранилась до наших дней и несколько лет назад была показана по Марийскому ТВ с комментариями специалистов МарНИИ.

20-е годы не случайно вошли в историю с эпитетами «бурные», «безумные», «веселые». Это была реакция людей на мировую войну и революционный кризис с Гражданской войной в России. Поэтому и кино тех лет было таким же – взрывным, эпатажным, под стать эпохе, породившей гремучую смесь экспрессии, авангарда и революционного эксперимента. Такими же были и зрители, обожавшие эксцентрический и остросюжетный кинематограф 20-х. Кинематограф, добившийся монтажом и техническими средствами невероятной выразительности, которая и сегодня поражает самых искушенных киноманов.

 

Геннадий ВАСИЛЬЕВ