«Мой друг умер вместо меня, чтобы я жил и пел»

Этот трагический случай, похожий на мистику, Алексей Бирь пережил в юности. Сам певец уверен, что все произошло под влиянием таинственной силы, которую передала ему в детстве бабушка. Влияние этой непостижимой силы Алексей чувствовал всю жизнь: и когда не раз оказывался на волоске от гибели, но чудом спасался


ЭТОТ ТРАГИЧЕСКИЙ СЛУЧАЙ, ПОХОЖИЙ НА МИСТИКУ, АЛЕКСЕЙ БИРЬ ПЕРЕЖИЛ В ЮНОСТИ. САМ ПЕВЕЦ УВЕРЕН, ЧТО ВСЕ ПРОИЗОШЛО ПОД ВЛИЯНИЕМ ТАИНСТВЕННОЙ СИЛЫ, КОТОРУЮ ПЕРЕДАЛА ЕМУ В ДЕТСТВЕ БАБУШКА

Влияние этой непостижимой силы Алексей чувствовал всю жизнь: и когда не раз оказывался на волоске от гибели, но чудом спасался, и когда в его судьбе происходили поразительные совпадения, невольно наводившие на мысль о сверхъестественном.

Когда-то в юности Алексей Изибаев, позднее взявший псевдоним Бирь (по названию реки у своей родной деревни в Башкирии), хотел свести с собой счеты из-за несчастной любви. Тогда его буквально вытащил из бездны друг, такой же молодой человек. В итоге Алексей снова ощутил желание жить, а с его другом-спасителем случилось непоправимое, словно к нему от Алексея перешла страшная тяга к смерти.

Сегодня, спустя много лет, Изибаев-Бирь, состоявшийся певец и композитор, видит в произошедшем и свою моральную ошибку по отношению к другу, и мистическую связь с бабушкой, и влияние полученного от нее дара на свою дальнейшую жизнь.

НЕОБЫЧАЯ ПРОСЬБА БАБУШКИ ПЕРЕД СМЕРТЬЮ

— Моя бабушка была вроде ясновидящей. К ней ходили люди со всей нашей деревни (Камеево, Мишкинский район, Башкирия — авт.) и из соседних деревень. У кого родственник пропал, у кого другая проблема. И бабушка каким-то образом все угадывала — все сбывалось! Пропавшие люди находились, а если кого-то уже не было в живых, она говорила: «Вот он там-то лежит», — и там же находили тело или останки. И все больше людей приходило к ней.

Когда меня привезли из роддома, бабушка сказала: «Давайте мы его положим на подоконник — и он станет гармонистом». И действительно, к четырем годам я уже вовсю играл на гармошке. Меня приглашали на наши деревенские концерты и возили выступать в другие места. Я не знал нот, но все мелодии помнил на слух — до сих пор удивляюсь, как можно было в таком возрасте запомнить на слух столько мелодий! Может, гены родителей, они ведь у меня тоже были очень музыкальные, а может, от неведомой силы бабушки.

И вот перед тем, как умереть, бабушка сказала своему сыну, то есть моему отцу: «Когда меня повезете на кладбище, пусть внук мой сядет на мой гроб с гармошкой и до кладбища будет играть». Придумала себе что-то вроде провожающего оркестра. А мне было четыре года.

И вот бабушку везут на телеге, запряженной лошадью, я сижу на закрытом гробу и играю марийские мелодии — все, какие знал, всю дорогу до кладбища. Я играл и плакал — так мне было жалко бабушку, ведь я ее очень любил, как и она меня. Но моих слез никто не заметил — хлестал проливной дождь.

Через много лет я понял, зачем она это сделала. Так она передала мне нечто от своих способностей. Все последующие годы только подтверждали это. В каких бы переделках я ни оказывался — всегда все обходилось. Однажды, мне было лет восемь, отец, конюх, выгонял лошадей на водопой. Открыл ворота — и весь табун ринулся вскачь к реке привычной дорогой. А на дороге в этот момент находился я: отец, открывая ворота, не заметил этого! Весь табун несется на меня, никак не увернуться. Я не помню, как упал на дорогу, прижался к земле. Отец чуть с ума не сошел. А табун с грохотом проскакал надо мной — и ни одна лошадь даже не задела меня копытом!

В другой раз отец вез на телеге молоко в соседнюю деревню. Я сидел рядом с ним, мне уже было лет 11 — 12, и я очень любил управлять лошадью. Отец дает мне вожжи, я сажусь на козлы — и вдруг падаю с телеги вниз головой, спереди, прямо под лошадиные задние ноги. Как я умудрился так свалиться, уму непостижимо. Отец в ужасе остановил телегу, кинулся ко мне, а у меня ни одной царапины.

Я уж не говорю про драки, в которых я участвовал, — хулиган был тот еще.

«НАДО БЫЛО ЕМУ ОБ ЭТОМ СКАЗАТЬ!»

— И вот тот самый случай, который произошел со мной в 16 лет. Мой друг Вася Янкаев был младше меня на год. Он учился в Уфе на строителя и каждую пятницу приезжал домой в нашу деревню. Мы с ним были не разлей вода! По приезде Вася первым делом заходил ко мне, и уже потом мы вместе шли домой к нему. Просто какая-то неземная привязанность.

А у меня тогда была несчастная любовь. Это была женщина старше меня, и она навсегда уехала из нашей деревни. Я был в тяжелейшей депрессии, все думал, каким способом уйти из жизни. Наконец, выбрал повешение. И рассказал об этом Васе. Так и сказал ему, что повешусь, сказал со всей серьезностью. Он меня выслушал очень внимательно. Пауза. А потом сказал, тихо и печально: «Леша, как ты можешь так говорить? Ведь ты такой талантливый, успешный, тебя все любят, и я тебя люблю. И вдруг ты уйдешь… А как же твои родные, что они говорят?» Я ответил: «Никто ничего не знает, Вася. Знаешь только ты». Да, только он, мой самый близкий друг, знал про мою любовь. И только ему я рассказал, что хочу уйти из жизни! Он молчит, не говорит ни слова, а мне невдомек, что у него в душе.

В следующую пятницу Вася привез мне из Уфы маленькую пластинку с двумя песнями Магомаева «В нежданный час» и «Благодарю тебя». Он поставил пластинку на радиолу, и это «В нежданный час» настолько меня потрясло — и исполнением, и удивительным созвучием с тем, что со мной произошло, с моим внутренним состоянием — что я подумал: «Нет уж, я, пожалуй, не буду уходить, а буду петь, как Магомаев». То есть я реально раздумал умирать. Но моя главная ошибка — надо было сказать об этом Васе, а я не сказал! Мне-то уже легче, а что внутри у него?

Потом мы немного выпили и пошли в клуб — я там подрабатывал баянистом и художественным руководителем. Побыли в клубе, а потом Вася говорит мне: «Ладно, Леш, я пойду, завтра увидимся». При этом он вдруг подошел и обнял меня. А я не придал этому значения, хотя было странно: чего он вдруг обнимает, словно прощаемся невесть на какой срок? Я подумал, что это он просто оттого, что выпивши. А он, оказывается, прощался навсегда!

Я отработал вечер, запер, как обычно, клуб, вернулся домой, лег спать. А в четыре утра к нам прибегает Васина сестра, вся в слезах: «Вася повесился!» Я в шоке. Бежим к нему — а он в сарае висит.

После этой истории я уехал в Уфу, начал работать, заниматься музыкальной карьерой. В 1987 году оказался в Йошкар-Оле. Но тот случай всю жизнь сидит у меня внутри. В какой-то мере это отражается на моем творчестве. Почти все написанные мной песни — из моей собственной жизни.

Наверное, я косвенно виноват в гибели Васи. С жизненным опытом понимаешь, какое огромное значение имеют слова, какие последствия они могут иметь для другого человека. А мы часто не задумываемся об этом. Но все же, как к нему могло перейти мое состояние? Через внушение? Или не обошлось без таинственной силы?

ТАИНСТВЕННЫЕ СОВПАДЕНИЯ

— А меня Бог потом еще не раз спасал. В 96-м у меня лопнул желчный пузырь. Я перенес сложнейшую операцию, и доктор потом сказал: «Вы родились в рубашке. Еще бы полчаса — и все». Более того, после операции врачи никак не могли меня разбудить. Я уже ощущал, что лечу по черному туннелю — бешеная скорость, навстречу проносится много лиц, знакомых и незнакомых. И если бы не остановился, то ушел бы навсегда. Но я услышал очень далекий голос: «Открой глаза, открой глаза!» Это говорил хирург. Полет прекратился, и я увидел свет и лица врачей над собой. Обратите внимание: год 96-й — это перевернутое 69, год, когда повесился Вася.

И о судьбоносных совпадения в творчестве. В 2008 году умер Муслим Магомаев — 25 октября, накануне моего дня рождения. А 26 октября, в день рождения, — звонок с Первого канала, приглашение на передачу «Пусть говорят». Я спел в эфире фрагмент магомаевской песни «В нежданный час» — той самой, что меня спасла в 69-м. А еще через несколько дней Магомаев пришел ко мне во сне и сказал: «Я ухожу, а ты будешь петь мои песни». И постепенно я начал замечать: последние свои песни я пою голосом, очень похожим на голос Магомаева, в том числе песню, посвященную ему, «Благодарен я тебе, Муслим». Он словно передал мне свой баритон в три с половиной октавы.

РАДИ ЭТОГО СТОИТ ТВОРИТЬ

— Свои концертные программы я посвящаю служению людям. Всегда рад, если мои песни кому-то помогают. Как-то после концерта в Уфе ко мне подошли две старушки, и одна из них говорит: «Вы, наверное, колдун. Я пришла с головной болью — и как рукой сняло». Ради этого стоит творить.

В прошлом году у меня была мысль поехать с концертами в Новороссию. Но мой друг Миша Радин, автор моих песен, сказал: «Будет сильнее, если ты напишешь об этих событиях песню и отправишь запись туда. Так я и сделал. Песня называется «Русские не сдаются».

ПЕСНЯ, КОТОРОЙ НЕТ

— Я уверен, что в моем творческом пути огромную роль сыграл мой друг Вася. Он всегда слышал меня и сейчас наверняка слышит. Наверное, он меня оставил жить вместо себя. А вот песни ему я так и не посвятил. Почему-то я не могу ее создать, хотя много раз пытался. Что-то мне не давало! Не могу объяснить что. Может быть, это связано с тем, что Вася, уходя навсегда, даже не попрощался со мной, а просто сказал: «Завтра увидимся». Что он имел в виду под словом «завтра» и где мы с ним должны увидеться? От этих мыслей становится немного не по себе.

Подготовил Виктор ПАШКИН