Питие мое

Сегодня импортный алкоголь почти что вытеснил отечественную винно-водочную продукцию. А в советском союзе было с точностью до наоборот: одних только вин, производимых в российской федерации, было около 150 наименований. При этом наше питие по качеству было ничуть не хуже заграничного


СЕГОДНЯ ИМПОРТНЫЙ АЛКОГОЛЬ ПОЧТИ ЧТО ВЫТЕСНИЛ ОТЕЧЕСТВЕННУЮ ВИННО-ВОДОЧНУЮ ПРОДУКЦИЮ. А В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ БЫЛО С ТОЧНОСТЬЮ ДО НАОБОРОТ: ОДНИХ ТОЛЬКО ВИН, ПРОИЗВОДИМЫХ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, БЫЛО ОКОЛО 150 НАИМЕНОВАНИЙ. ПРИ ЭТОМ НАШЕ ПИТИЕ ПО КАЧЕСТВУ БЫЛО НИЧУТЬ НЕ ХУЖЕ ЗАГРАНИЧНОГО

Разумеется, мы говорим о доперестроечных временах, то есть до того момента, как антиалкогольная кампания пустила наше винно-водочное производство под откос.

Многие помнят, что иностранного вина и шампанского в советских магазинах было не найти. Зато, глядя на то, что могла предложить своя винодельческая промышленность, можно было растеряться. Одних только вин, производимых в Российской Федерации, насчитывалось около полутораста названий и разновидностей, причем в разных бутылках — 0,4 л, 0,5 л, 0,75 л, 0,8 л, и, кроме того, еще было бочковое вино, которое ценилось еще больше.

К слову сказать, в Советском Союзе именно Россия (тогда РСФСР) держала пальму первенства по производству винной продукции: 41 процент вина, 36 процентов игристых вин и шампанского, 20 процентов коньяка и 47 процентов плодово-ягодных вин приходились на российские заводы. Далее шла Украина с ее драгоценными крымскими массандровскими винами, затем солнечная Молдавия. Закавказские республики специализировались главным образом на коньяке. Свое виноделие имели и среднеазиатские республики. Так что Советский Союз к началу 70-х годов по производству вина по праву занимал 4 место в мире, и сотни золотых и серебряных медалей, завоеванных на международных выставках, украшали отечественные винные этикетки.

На рынке среди сухих столовых марочных вин лидировали различного рода алиготе, рислинги, каберне. Цены на них при Хрущеве еще до реформы 1961 года были вполне доступными — от 18 до 21 рубля за бутылку. Дороже были только десертные вина — пино-гри, цимлянское, саперави, цинандали, мускат, шампанское. Выдержанное сладкое шампанское стоило 33 рубля за бутылку. Подобное изобилие обеспечивали виноградники Кубани и Северного Кавказа. Название вин читались подобно географической карте — «Гуниб», «Машук», «Дагестан», «Кабардинское», «Прикумское», «Анапа», «Геджух», «Мысхако», «Геленджик», «Янтарь Ставрополя», «Донское».

Вермут, кагор, малага и мадера, а также глинтвейн, имевшие иностранное происхождение, в Советском Союзе также были свои, не говоря уже о знаменитом «Советском шампанском». Шампанское появилось на столах советских граждан с подачи Сталина, изъявившего желание, чтобы стахановцы имели возможность выпить шампанского не хуже того, что производилось у князя Льва Голицына в Крыму. В 1936 — 1937 годах шампанское появилось одновременно с реабилитированной новогодней елкой и прочно заняло место на праздничных столах, став непременным атрибутом новогоднего праздника. Перед войной в СССР было произведено 8 млн бутылок шампанского. Учитывая численность населения страны, приближавшегося к 200 миллионам, это, в общем-то, не так уж и много.

Сохранялись в Стране Советов и дореволюционные бренды — «Абрау-Дюрсо», «Шато-Икем», «Цимлянское».

А уж портвейнов и мадер было столько, что им присваивали номера. Знаменитые «Три семерки» появились уже при Брежневе и были отнюдь не грандами отечественного винного рынка. Ханыги и пьяницы пили именно крепкие, без затей, вина, но они готовы были пить что угодно.

Плодово-ягодные вина, производившиеся по всей России, имели великое разнообразие и делались из всего: брусники, ежевики, кизила, сливы, облепихи, крыжовника, клюквы, земляники. Пальма первенства принадлежала яблокам и черноплодной рябине, хотя перерабатывали в вино также чернику, сливы, абрикосы, алычу — словом, все, что росло в садах.

На прилавках встречалось даже «Медовое сладкое» крепостью 16 градусов и с содержанием сахара 20 процентов. В общем, нынешним россиянам такое изобилие и не снилось.

Из импортного вина в СССР доступны были дешевые красные вина из Болгарии («Медвежья кровь») и Венгрии («Немеш кадарка»). Популярностью у советских потребителей пользовались венгерские токайские и непритязательный болгарский «Солнечный берег».

С конца 70-х в Москве и Ленинграде можно было встретить и французские вина — арманьяк, коньяк «Наполеон», «Мартель», итальянские вермуты. Но выложить за них треть или четверть зарплаты — от 25 до 30 рублей — мог далеко не каждый. Еще меньше было тех, кто отоваривался алкоголем за чеки или валюту в «Березках» (была в СССР такая особая сеть магазинов, где продавали импорт; разумеется, валюта и специальные чеки для «Березок» выдавались далеко не всем).

Куда доступнее было дешевое красное вино. В Крыму за 20 копеек в автомате можно было получить стакан вина, и стояли эти автоматы так же свободно, как автоматы с газировкой.

При Брежневе потребление вина в Союзе составило до 21 литра в год на душу населения. А ведь еще была и сорокаградусная водка. Ощущение было таким, что страна сползает в трясину алкоголизма.

С этим пытались бороться. Запрещали продавать вино и водку близ школ и культурных учреждений, в буфетах, столовых и специализированных магазинах. Вводили штрафы за появление в нетрезвом виде и распитие крепких напитков в общественных местах, организовывали комиссии по борьбе с пьянством и лечебно-трудовые профилактории и учредили время, почему-то получившее название «час волка». По указу от 16 июня 1972 года напитки крепостью от 30 градусов стали продавать с 11 до 19 часов. Категорически запрещено было продавать алкоголь несовершеннолетним.

Но видимо, кампания эта так и осталась временной кампанией, и с мая

1985 года уже при Горбачеве с зеленым змием начали бороться еще более радикально — путем резкого сокращения производства винно-водочных изделий и уничтожения виноградников.

О питейном изобилии 50-х — 60-х годов пришлось забыть, равно как и о качестве продукции, которая в конце 80-х по преимуществу была дешевой и невысоких кондиций. В конечном счете это обернулось в 90-е засильем суррогатов и спирта «Рояль». Сколько людей отравилось тогда иностранной бормотухой и паленой водкой статистика умалчивает. Зато официальные сводки сообщали, что в 1993 году потребление вина сократилось в России до 2,9 литра в год на душу населения. Но поскольку в лихие девяностые пили много, то понятно, что пили тогда по преимуществу спирт и всевозможные подделки, обогатив криминал, пошедший по пути, который уже проделала Америка в свои бандитские двадцатые годы прошлого столетия.

Знают ли нынешние граждане, что когда-то их деды и отцы пили «Красное шампанское», «Цимлянское полусладкое», «Барзак», «Клярет» и «Прасковейское красное»? Знают ли, что отечественное вино нисколько не уступало иностранному? И что немаловажно, все это было вполне по средствам любому трудящемуся, если, как говорится, в меру и по праздникам.