С песней по жизни
ИЗ ЖИЗНИ ГОРОДА И РЕСПУБЛИКИ КУЛЬТУРА, ИСТОРИЯ, РЕЛИГИЯ НАШ ГОРОД И ГОРОЖАНЕ

С песней по жизни

Не раз в жизни йошкаролинца Ивана Манторова была возможность стать профессиональным певцом и блистать на большой оперной сцене, а он выбрал работу на производстве. Но все-таки без песни он жить не смог. И сейчас великолепный тенор 74-летнего певца продолжает быть украшением любого концерта.

Неуслышанный Лель

Первыми благодарными слушателями начинающего певца Вани Манторова стали коровы и овцы, которых пастушок из маленького железнодорожного разъезда на Южном Урале Челябинской области пас каждое лето. По традиции юный Лель, когда возвращался домой, вставал впереди стада и запевал. Подходя к поселку, Ваня удивлялся, почему все жители собирались на окраине. Лишь впоследствии соседка прояснила: «Ванюша, так все собирались тебя послушать!»

Казалось бы, на талант мальчика должны были обратить внимание в средней школе в городе Карталы, куда Ваня был определен в интернат с 5 класса, так как на разъезде не было своей школы. В интернате было даже пианино, вот только на нем никого не учили. Хуже того, по словам Ивана Дмитриевича, интернатским ребятишкам был присущ комплекс неполноценности перед городскими ровесниками, которые были раскованнее, одевались и питались лучше, да и жили с родителями. Утверждался подросток в спорте, даже стал капитаном школьной сборной, первенствовал в различных видах – футболе, волейболе, баскетболе, был чемпионом района по легкой атлетике, при этом совсем немного не дотянул по учебе до золотой медали. К сожалению, с талантом певца этого не получалось. Видимо, песня была в его душе самым оберегаемым и нежным подарком природы, поэтому насмешка ранила бы его очень существенно. В итоге, когда выходил на школьную сцену, ноги тряслись, и спеть так, как он умел, не получалось. А в молодости ему предрекали большую спортивную профессиональную карьеру, но и здесь вышла осечка. После неудачной операции на аппендицит Ване надолго запретили физические нагрузки, и мысль о больших достижениях ушла. Наверное, спорт был все-таки не главным в его жизни. С профессией подросток определился быстро. Друзья рассказали о городе-саде Омске и о том, что есть там институт с военной кафедрой. Папа вручил Ване 600 рублей, и подросток ринулся в дальние края. На факультет приборостроения он поступил с ходу.

Любимая Йошкар-Ола

Учеба в институте для приезжего студента была удобна еще и тем, что полтора года проходила по вечерней системе, то есть днем работали на заводе по профилю, а вечером учились, главное, за работу платили. Но времени хватило на все – на участие в художественной самодеятельности, в КВН, концертах. Восхищал зрителей не только голос Ивана, но и его харизма. Красив, подвижен, энергия его наполняла весь зал, и так много душевной теплоты он вкладывал в исполнение! Эта особенность осталась в нем и по сей день. В Омске его тенор услышали, приглашали даже в местный театр, мол, подучим и будешь петь в оперетте. К подобным предложениям отнесся несерьезно и в 1966 г. настроился на работу по распределению.

Хотелось попасть по распределению в Чебоксары, рассказывает Иван Дмитриевич. Я прочитал в газете, что после строительства ГЭС вода в Волге поднимется настолько, что город может превратиться в Венецию, люди будут по улицам передвигаться на лодках. Европа! Но получил распределение на практику и работу в Йошкар-Олу на ЗПП. Этого города даже на карте не было. Декан нашего факультета, призывавшийся на фронт в 1943 году из Сурка, рассказал, что город «грязнущий, дома и тротуары деревянные». Приехав, пошел на проспект Гагарина. Смотрю: асфальт, дома кирпичные, площадь красивая, театр и институт на ней… На ЗПП встретили меня прекрасно выделили койко-место в общежитии на улице Зеленой и оформили инженером в Центральную лабораторию измерительной техники. А через год привез сюда и жену, давнюю подругу по интернату, которая всю жизнь проработала на ММЗ. В 1968 году у нас родился сын Андрей, а в 1972 году – сын Дмитрий. Вот так и пустил корни в Йошкар-Оле, в моем теперь любимом городе. Сейчас у меня три внучки, один внук и один правнук.

Народная звезда

Карьера Ивана Дмитриевича на ЗПП сразу задалась. В 24 года он уже возглавил работу метрологической лаборатории, а вскоре стал начальником отдела и главным метрологом завода. Отмечен главной наградой Госстандарта – почетным знаком «За заслуги в стандартизации». Проявил себя и в общественной работе, был избран председателем совета молодых специалистов завода и 25 лет был членом профкома и рескома. Через 11 лет его назначили начальником отдела АСУП, которым он руководил 30 лет. В последние дни СССР Иван Дмитриевич был награжден медалью «За доблестный труд». На заводе даже шутили: Горбачев в последний момент успел сделать доброе дело – подписал указ о награждении Манторова.

Любили Ивана Дмитриевича его подчиненные и весь коллектив завода за оптимизм, человечность. Рассказывали, что когда ему удавалось выбить премию для своих подчиненных, то радовался и отбивал чечетку. На родном ЗПП его называли заводским соловьем. Когда в 1981 г. был построен ДК им. Калинина, в нем сразу появился свой академический хор. Конечно, Манторов стал его участником и солистом. Главная любовь Ивана Дмитриевича была и есть народные песни, но репертуар обширен и разнообразен. Безусловно, есть и свои коронные номера, к примеру «Живет моя отрада», «Ах, ты душечка», «Вологда», «Майский вальс», неаполитанские песни «Скажите девушки», «Вернись в Сорренто» и знаменитая «Маритана».

Был на его певческом пути такой момент, предложенный судьбой. Ведущий баритон местного театра Арсений Венедиктов после одного из концертов уговаривал Манторова стать артистом музыкального театра. «Подучишься, а через некоторое время станешь у нас ведущим солистом в театре оперы и балета, будешь получать аж 200 рублей!» Заработок начальника отдела в тот период на ЗПП был 260 руб., но дело не в деньгах. Путь был выбран, а успехи свои на сцене Иван Дмитриевич всегда оценивал скромно. А с Венедиктовым через много лет Манторов еще раз встретился. С 2009 г. он уже солировал в академическом хоре ДК им. В.И. Ленина. Коллектив давал концерт в госпитале ветеранов войн, там и встретились два певца. Бывший солист театра слушал голос Ивана Дмитриевича и плакал.

Годы словно обходят Манторова, он до сих пор ходит на лыжах иногда до Куяра, по-прежнему легок на сцене, голос его не «расшатался» от возраста, также со своими друзьями участвует во всех городских праздниках, выезжает с гастролями по районам республики, блистает в песенных конкурсах, фестивалях, к примеру «Душа поет – гармонь играет». А на межрегиональном фестивале-конкурсе «Планета Муслим» в 2016 г. он стал лауреатом третьей премии. Тогда подошел к нему один из зрителей и сказал: «Хорошо поешь, но ты все равно не Магомаев». Такой комплимент Ивана Дмитриевича тронул, ведь его пытались сравнить с непревзойденным и гениальным Муслимом Магомаевым!

Позади 43 года на производстве и 50 лет на марийской самодеятельной сцене! Он не потерял связи с родным заводом является членом совета ветеранов ЗПП, участвует в организации концертных программ для заводчан.

Жалеет ли он, что не выбрал профессиональный путь певца? Спрашивать уже не имеет смысла.

Песня все равно была и есть рядом со мной всю мою жизнь, говорит он. – Это такое счастье, когда ты можешь подарить людям радость и любовь, вызвать положительные эмоции, донести всю красоту и поэзию музыки. Когда видишь эти счастливые глаза в зале, хочется жить и петь!

Ольга ЧЕРНЕНКО