Самое первое 1 сентября

В памяти многих из нас навсегда остались воспоминания о самом первом дне в школе. Не исключение и журналисты редакция «Й», кстати, являющиеся представителями различных поколений. Сегодняшние первоклашки наверняка так же, как и мы в свое время, ожидают от этого дня чего-то особенного и необычного, а потом они также будут вспоминать эти радостные дни.


В ПАМЯТИ МНОГИХ ИЗ НАС НАВСЕГДА ОСТАЛИСЬ ВОСПОМИНАНИЯ О САМОМ ПЕРВОМ ДНЕ В ШКОЛЕ

Не исключение и журналисты редакция «Й», кстати, являющиеся представителями различных поколений.

Сегодняшние первоклашки наверняка так же, как и мы в свое время, ожидают от этого дня чего-то особенного и необычного, а потом они также будут вспоминать эти радостные дни.

ПОРТФЕЛЬ С ПОЛОСКОЙ И НАРУКАВНИКИ

1 сентября, 1962 год, город Горький. Девочки в коричневых платьях с белыми воротничками и белых фартуках, мальчики в синих брюках и белых рубашках. У всех портфели черного или коричневого цвета, и лишь у меня портфель с яркой полосой (папа из командировки привез). Потом учительница настойчиво интересовалась у папы, действительно ли это портфель, а не сумка. И чего ей далась эта полоска? На вид портфель как портфель — с одной ручкой и двумя замочками. Видимо, в то время выделяться из массы ну никак нельзя было, все должны были быть максимально одинаковыми, ну как братья или сестры-близнецы. У многих школьников нарукавники, чтобы на локтях форма дольше не истиралась. Нарукавники шили в основном из сатина, а у моей подружки они были атласные, ей жутко завидовали.

Красивые фартуки были дефицитом. Мама мне коричневый фартук сшила из тоненьких шерстяных платков, а белые — один жесткий (фартук крахмалили так, что он колом стоял) с кружевной отделкой из обыкновенной новой простыни, а другой невероятной красоты — из ажурного шитья.

На перекличке (здесь это мероприятие пробным сбором называют) учительница объяснила родителям, в каком виде мы должны прийти в школу: банты у девочек в будни только коричневые или черные, в праздники — белые, мальчики коротко подстрижены. Из толпы Лидия Петровна выхватила за руку мальчика с почти лысой головой, только редкая короткая челочка надо лбом красовалась, словно приклеенная. «Вот такая прическа должна быть», — строго сказала учительница. Я тогда подумала: «Фу, какой некрасивый мальчик» и про себя назвала его «лысиком». А когда 1 сентября нас стали по партам рассаживать, меня с этим «красавцем» неожиданно посадили. Потом мы с ним очень подружились, он оказался добрым и юморным мальчишкой. Теперь мой «однопартиец» седой, красивый, представительный мужчина, занимающий высокую должность. Вот тебе и лысик!

Парты были черные, блестели от лака, скамейки коричневые. Считалось высшим пилотажем, вставая из-за парты, умудриться не хлопнуть при этом на весь класс крышкой.

Набор школьных «инструментов» в портфеле: в мешочке, затягивающемся на бечевку, — чернильница-непроливайка, в коробочке — запасные перья для ручки, тетрадки с промокашками, в пеналах — жесткие ластики (стирать начнешь — тут же в бумаге дыра), карандаш, ручка и точилка. А еще бумажный пакет с завтраком, обычно это были бутерброды с сыром либо колбасой или булочка с маслом.

В школьном буфете за 12 копеек можно было купить три пончика с повидлом и стакан сладкого чая, а вкусная булочка с маком, политая шоколадом, стоила 15 копеек.

У всех одинаковая физкультурная форма из дешевого трикотажа — черные футболки и трико с вытянутыми коленками.

Вторую обувь носили в мешках из хлопчатобумажной ткани. Обычно такой мешок привязывался к ручке портфеля.

Никаких колготок в помине не было. Приходилось постоянно бегать в туалет, чтобы подтянуть чулочки.

Зимой портфели заменяли ледянки, на них мы катались с горок.

И еще из первого класса запомнилось, что мне никак не удавалось писать слова с правильным нажимом: одна закорючка у буквы должна была быть тонкая, другая пожирнее. Учительница папе посетовала, что я хромаю по правописанию. На что он вполне резонно заявил: «Ну не получается нажим такой, как надо, зато получается рифмовать слова». Учительница пожала плечами: «Это ей не пригодится».

Ан нет, пригодилось-таки рифмование, а вот нажимы нет.

Ольга КОНДРАТЬЕВА

РАНЕЦ ИЗ КОЖЗАМА И БУКЕТ АСТР

Я родилась в стране, которой больше нет. Мой первый школьный день был 1 сентября 1983 года, всего за 8 лет до падения СССР.

В те времена неотъемлемой частью любого первоклассника являлся букет, из-за которого зачастую самого ребенка видно не было. Дарили в основном разноцветные астры или высокие гладиолусы, которые загодя искали по знакомым, соседям и родственникам. Букеты появлялись в доме за день или два до торжественного момента, ожидая свой черед в ведрах с холодной водой. Часто родители сами выращивали на дачах и огородах цветы — их холили и лелеяли, начиная с середины июля, чтобы ко Дню знаний шарики астр набрали полную силу.

Что касается портфелей, то они были абсолютно непривлекательны — однотонные, обычно темного цвета, с неудобными лямками. Некоторым родителям удавалось купить импортные портфели и ранцы от производителей из соцлагеря: ГДР, Венгрии, ЧССР, Польши. Такие портфели были дефицитом, они отличались современным дизайном и удобством использования из-за множества отделений. Никогда не забуду свой первый школьный ранец из кожзама с вечно заедающими железными кнопками, а еще железную и очень тяжелую подставку для книг, пластмассовый пенал со счетами и часами, очень модные тогда, инновационные, но с жутко толстым грифелем механические карандаш. И пусть в те далекие школьные годы у нас на партах не было впечатляющего разнообразия ярких ручек, пеналов и модных рюкзачков, зато мы гораздо больше ценили, берегли и восхищались тем немногим, что имели.

Милые вещи, оставшиеся навсегда в памяти, часто были такими же, как у соседа или даже у половины класса, поэтому они всегда были подписаны, отмечены нитками, лаком или просто царапинами в определенных местах, дабы быть хоть как-то различимыми для хозяина.

Девочки-школьницы носили шерстяную коричневую форму с фартуком. Особым шиком считались гипюровые фартуки, которые шились только на заказ. По карману они были не всем. Также необходимо было круглогодично носить белые воротнички и манжеты, которые раз в неделю аккуратно спарывались с формы, стирались и отбеливались.

Первого сентября будущие первоклассники наутюженные, накрахмаленные, с замиранием сердца ожидали на торжественной линейке встречи с главным человеком ближайших трех лет своей жизни — первой учительницей. Ей они робко протягивали букеты цветов. Потом был не менее значимый момент: из рук директора школы каждому ребенку вручался букварь. Затем один из счастливчиков, сидя на плечах у старшеклассника, давал школьный звонок, и класс отправлялся на свой первый школьный урок. После урока гордые и вроде даже повзрослевшие первоклашки отправлялись домой, где уже в семейном кругу отмечался этот важный для них день.

Татьяна МОМЗЯКОВА

СИРЕНЕВЫЙ РЮКЗАК И КРАСНЫЕ БУКВЫ

1995 год, поселок Оршанка. Помню, как еще в садике я мечтала о школе, и даже не столько потому, что это новый жизненный этап (ну кто об этом думает в шесть-семь лет?), сколько потому, что там не заставляли спать днем! Школа представлялась раем. А еще взрослые вокруг часто повторяли, что в школе нужно хорошо учиться, и мне, как девочке очень прилежной и ответственной, хотелось всем доказать, что я буду лучше всех. Вот такие детские амбиции.

1995 год был «урожайным» на первоклашек. В нашей школе были сформированы три или четыре класса, причем в каждом было около 30 человек. В последующие годы такого уже не наблюдалось. Я училась в 1 «б». Этот класс считался самым сильным, туда набирали деток, подающих надежды. Первая учительница — Юскова Зоя Ивановна — невероятный человек, очень добрая и душевная. Помню, как она позволяла мне просто почитать на уроках какую-нибудь книжку, если не сразу получалось сделать какие-то задания. Как ни странно, это помогало собраться и настроиться на новые знания.

Мы были из тех первоклашек, что родились в Советском Союзе, а в школу пошли уже в новой России. При этом на девочках, как и в прежние годы, была форма — платья с белыми воротничками и белые фартуки. У меня были белые гольфы и белые туфли, а у одной девочки, которая впоследствии стала моей лучшей подругой, туфельки были розовые с сиреневыми вставками. Зато у меня был сиреневый рюкзак, которым я гордилась.

В основном все ходили с рюкзаками самых разных расцветок. Форма, кстати, не была таким уж обязательным школьным атрибутом, впоследствии мы ходили в разных костюмах или платьях, но все они были неяркие, темные.

Среди школьных принадлежностей — прописи и буквы, из которых мы складывали слова. Буквы были красные, лежали в специальной серой папке, где для каждой предназначался свой кармашек. Писали мы шариковыми ручками.

Первого сентября мы не учились, был только вводный урок. А второго я пошла в школу уже без мамы и… опоздала. Первый настоящий урок и первое опоздание. Надо сказать, впоследствии мало что изменилось. До сих пор часто опаздываю…

Ирина СУВОРОВА