Сергей и Валентина

История одного злого письма с интересным, добрым и удивительным продолжением на всю оставшуюся жизнь. …Я напомнил ей историю с письмом, она тоже не забыла этот случай, и все мы трое — Сергей, Валя и я — удивились тому, как причудливо переплелось в жизни наше знакомство, как бывает иногда щедра жизнь на такие совпадения и сюрпризы.


ИСТОРИЯ ОДНОГО ЗЛОГО ПИСЬМА С ИНТЕРЕСНЫМ, ДОБРЫМ И УДИВИТЕЛЬНЫМ ПРОДОЛЖЕНИЕМ НА ВСЮ ОСТАВШУЮСЯ ЖИЗНЬ

…Я напомнил ей историю с письмом, она тоже не забыла этот случай, и все мы трое — Сергей, Валя и я — удивились тому, как причудливо переплелось в жизни наше знакомство, как бывает иногда щедра жизнь на такие совпадения и сюрпризы. Это было позже, а началось все несколькими годами раньше, когда мне, пребывающему в дурном настроении, попался на глаза тот самый номер журнала «Юность»…

В 1960 году после окончания сельхозинститута в Горьком я приехал в Йошкар-Олу и вскоре стал работать младшим научным сотрудником на сельхозопытной станции. Работы, как таковой научной, попросту не было. Меня гоняли по мелким поручениям, и я быстро понял, что не туда угодил. Настроение было хуже некуда, и тут мне в руки попался очередной номер журнала «Юность», а в нем — небольшое письмо московского кинокритика Валентины Ивановой.

ПИСЬМО

До 2006 года Сергей Есин был ректором Литературного института им. Горького

Суть письма вкратце была такова: дескать, устала от Москвы с ее бесконечной суетой, хочется «окунуться» в гущу народа, уехать куда-нибудь подальше от столицы, заняться нужным делом, а не сочинением статей о кино, и так далее. В общем, как мне показалось, это было нытье пресытившейся дамочки и деланная тоска по «народной жизни». Честно признаюсь, письмо это крепко разозлило меня: ну тебе скучно в столице — так уезжай куда глаза глядят, благо страна у нас широка и необъятна. И я в сердцах тут же написал довольно резкий ответ кинокритику Ивановой; для начала пригласил ее приехать хотя бы в Йошкар-Олу, город в ту пору глубоко провинциальный, где «простой жизни» ей будет в избытке. Отправил письмо на адрес «Юности» с просьбой вручить его Валентине Ивановой.

Ответа, естественно, я не ждал, но, к моему удивлению, спустя две недели он пришел — от самой Ивановой. Ответ, надо сказать, был предельно корректен и доброжелателен: да, писала Иванова, я напечатала ту статью в период творческой депрессии, а так — куда ж ей без Москвы, без газет, где ее рецензии идут на ура, включая такие издания, как «Правда» и «Известия», солидные киножурналы. Хотя пожить какое-то время в провинции никому не вредно, и если случится такая возможность, то она, Валентина, непременно ею воспользуется.

СЕРГЕЙ

На этом, по сути, можно было бы поставить точку и забыть об этой истории, но она имела свое продолжение.

Книга «Валентина» вышла спустя три года после того, как Сергея Николаевича постигла тяжелая утрата

Году в 1962-м к нам в студию телевидения, где я к тому времени успешно трудился, сменив профессию агронома на журналиста, явился высокий, щегольски одетый и весьма симпатичный молодой человек, как выяснилось позже, мой ровесник. Представился: Сергей Есин, приехал в Йошкар-Олу на месяц в качестве директора выставки картин молодых советских художников и хотел бы выступить на телевидении, чтобы прорекламировать это культурное мероприятие. Конечно же, эфирное время московскому гостю предоставили в тот же вечер, и он выступил в марийских теленовостях.

Всех работников нашего ТВ удивило то, как легко и свободно он держался в кадре и говорил — без текста, не по бумажке. У нас на местном телевидении такое в то время случалось нечасто.

После передачи мне захотелось продолжить знакомство с интересным человеком, и я пригласил Сергея в гости. Оказалось, что в Йошкар-Оле он уже успел завести знакомства в журналистской среде и даже получить ряд заданий, чему был рад: лишние деньги в командировке не помешают.

Серега оказался на редкость интересным, умным и содержательным собеседником. В 1960 году он окончил филфак МГУ, успел поработать библиотекарем, актером, фотожурналистом, редактором музыкального журнала «Кругозор», по долгу службы общался со столичной интеллигенцией, был вхож в писательские круги, знаком с артистами, музыкантами и прочим творческим людом.

За тот месяц, что Сергей со своей выставкой провел в Йошкар-Оле, мы успели основательно сдружиться. В нем не было столичного чванства и гонора, он умел ладить с людьми, и ему, как мне казалось, любой человек был интересен и любопытен. То он заходил ко мне домой, то я забегал к Сергею в гостиницу «Советская», где мы подолгу разговаривали. А еще он пел мне шуточные куплеты про Берию, про его разоблачение и падение — этакую легонькую сатирку. В ту пору она уже стала легкой, хотя от жутких сталинско-бериевских времен не прошло и десяти лет.

ВАЛЕНТИНА

Однажды я рассказал Сергею про письмо, которое когда-то отправил незнакомому человеку, московской критикессе, и про ее ответ мне. А когда дело дошло до имени, фамилии и адреса, Сергей расхохотался: «Ну, старик, ты даешь! Ты хоть знаешь, что писал ты Валентине, моей жене. Вот ведь чудеса какие на свете случаются, кому рассказать — не поверят. А с Валей мы давно вместе: учились на одном курсе, потом поженились. Валька — умница, ее рецензии на фильмы идут везде нарасхват — в «Советском экране», «Искусстве кино», да везде…»

Вскоре Сергей со своей выставкой поехал дальше, но оставил свой телефон и адрес, просил, когда окажусь в Москве, непременно звонить и заходить.

Так я спустя некоторое время и поступил. Встретились, выпили вина, поболтали о том о сем. Наконец я собрался уходить, и в это время раздался телефонный звонок. «Это Валюха, — сказал Сережа. — Сейчас придет, подожди ее, познакомишься теперь уже очно».

И точно, Валентина вскоре появилась. Я напомнил ей историю с письмом, она тоже не забыла этот случай, и все мы трое — Сергей, Валя и я — удивились тому, как причудливо переплелось в жизни наше знакомство, как бывает иногда щедра жизнь на такие совпадения и сюрпризы.

ДАЛЬНЕЙШИЕ ГОДЫ

После встречи в Москве я постоянно следил, как продвигались дела у Сергея с Валентиной. А продвигались они, прямо скажем, неплохо. Рецензии Ивановой с завидным постоянством появлялись в разных изданиях, Сергей же всерьез занялся литературным творчеством. Первой его книгой был сборник рассказов «Живем только два раза», вышедший в 1976 году, а до этого опубликованный в журнале «Волга». А затем одна за другой, как из рога творческого изобилия, посыпались и другие книги — повести, рассказы, романы: «Гладиатор», «Временитель», «Сам себе хозяин», «Гувернер», «Ах, заграница, заграница…» и многие другие.

Особое внимание читателей и критики привлек роман «Имитатор», где прототипом главного героя стал Илья Глазунов. Можно соглашаться или спорить с трактовкой образа художника, выведенного в романе. Но книга оказалась на редкость интересной и талантливой в плане изображения советской творческой интеллигенции с ее зависимостью от власти, приспособленчеством к очередным «судьбоносным решениям» очередного «судьбоносного» партийного съезда или пленума.

Валентина тоже не сидела без дела. Писала не только о кино, но и рецензии на книги, потом стала издавать и свои собственные опыты в области художественной прозы. Словом, это была счастливая пара творцов-единомышленников, в каком-то смысле семейный образец двух талантливых людей.

В начале 1990-х мне было предложено участвовать в выпуске нового периодического издания «Наша газета». Вышел первый номер, стали готовить второй. Хотелось опубликовать какой-нибудь «забойный» материал, и мне пришла мысль подключить к этому делу Сергея Есина. К тому времени мы уже давно не виделись, но он, получив мое предложение, сразу же прислал отрывок из своего нового романа, который и был напечатан в газете. Вскоре «Наша газета», повторив судьбу многих изданий той поры, закрылась, но было приятно, что ее не обошел своим вниманием Сергей Николаевич Есин.

Его служебная карьера тоже складывалась более чем успешно. Он заочно окончил Академию общественных наук при ЦК КПСС, работал главным редактором литературно-драматического вещания Всесоюзного радио, был избран вице-президентом Академии российской словесности, стал членом правления, а позже — одним из секретарей Союза писателей России. В 1992 году его назначили ректором Литературного института им. Горького, где он проработал до 2006 года.

В 2008 году Сергея постигла тяжелая утрата: после долгой болезни ушла из жизни Валентина. Спустя три года вышла в свет книга воспоминаний о ней, написанная Сергеем, которую он так и назвал — «Валентина».

Больше мы с Сергеем Есиным не встречались. Но и он, и Валя оставили в моей душе добрый след как удивительно интеллигентные, умные и порядочные люди, которые внесли весомый вклад в русскую литературу.

Лев ЯТМАНОВ