Сказать хулигану: «люблю тебя»

Вы бы смогли поселить у себя в квартире, хотя бы временно, чужую бездомную семью — ребенка с пьющей матерью? Лариса Киртаева, социальный педагог из школы № 3, решилась на это — прежде всего, ради ребенка. Наверное, профессия социального педагога — одна из самых нелегких, ведь работать приходится с неблагополучными семьями и трудными подростками. Где взять столько терпения и, главное, любви?


ВЫ БЫ СМОГЛИ ПОСЕЛИТЬ У СЕБЯ В КВАРТИРЕ, ХОТЯ БЫ ВРЕМЕННО, ЧУЖУЮ БЕЗДОМНУЮ СЕМЬЮ — РЕБЕНКА С ПЬЮЩЕЙ МАТЕРЬЮ? ЛАРИСА КИРТАЕВА, СОЦИАЛЬНЫЙ ПЕДАГОГ ИЗ ШКОЛЫ № 3, РЕШИЛАСЬ НА ЭТО — ПРЕЖДЕ ВСЕГО, РАДИ РЕБЕНКА

Наверное, профессия социального педагога — одна из самых нелегких, ведь работать приходится с неблагополучными семьями и трудными подростками. Где взять столько терпения и, главное, любви?

С Ларисой Киртаевой мы познакомились на мастер-классе по театральной педагогике. Тогда участникам было предложено придумать: что бы мы сказали хулигану, который привык обижать детей слабее себя? Лариса Валерьевна тогда сказала: «Я люблю тебя». Сначала казалось, что эта фраза ничего не будет значить для обидчика слабых, но когда каждому из участников семинара предложили побыть в роли хулигана и выслушать все злые и обидные фразы, которые мы придумали, слова любви звучали в тот момент просто оглушительно — было совершенно непонятно, как на них реагировать.


Лариса Киртаева: «Они ютились на какой-то «хате», где все пили, а есть было нечего. Я как представила их ребенка там!.. В общем, мы с мужем приняли решение…».

ОТ МОНТАЖНИЦЫ ДО СОЦИАЛЬНОГО ПЕДАГОГА

У Ларисы и ее мужа Александра пятеро детей: двое сыновей и три девочки, причем сыновья Ларисе не родные. Так получилось, что они с мужем встретились, когда уже у обоих были дети. С любовью Лариса рассказывает о своей семье и любовью же руководствуется в работе, помогая другим семьям и трудным подросткам обрести свой путь. О том, что они переживают и с какими трудностями сталкиваются, Лариса Валерьевна знает не понаслышке. Она сама прошла долгий путь, прежде чем нашла себя.

В школе Лариса, как и многие ее сверстницы, не представляла, кем хочет быть. Она поступала и в строительный техникум, и в ПТУ на монтажницу, но везде была отчислена, потому как не проявляла никакого интереса к этим профессиям. «Сейчас я вижу, как мои дети выбирают специальность, и понимаю, что в их возрасте я тоже не знала, что мне нужно, — говорит Лариса Валерьевна. — Не было какой-то цели, интересов. Уже потом, когда стала много старше, поняла, что мне интересна работа с людьми».

Однако социальным педагогом Киртаева стала не сразу. В ее жизни были вечерняя школа, кооперативный техникум, курсы продавца и куча личных и социальных проблем, которые держали ее, не давая подняться. Но она все преодолела.

Поступить в университет, чтобы получить высшее образование, она решилась, когда ей было уже за 30. «Поступала спонтанно, не было определенной цели быть социальным педагогом, — рассказывает Лариса. — Просто муж поступал на исторический, я решила вместе с ним куда-нибудь поступить и почему-то выбрала эту специальность. Не ожидала совсем поступить на бесплатное, и когда мне позвонили и сказали, что я прошла, я три дня плакала».

Потом, уже на 2 курсе, Лариса начала искать работу, хотя бы близкую к специальности. Понимала, что без стажа и неоконченного образования никто не возьмет, поэтому искала работу школьной вожатой. Так она пришла в школу № 3, где ей — вот удача! — сразу предложили работу по профессии, а насчет отсутствия опыта и квалификации сказали: «Обучим».

«Мне моя работа очень нравится, — говорит Лариса Валерьевна, — хотя я уже даже увольнялась из школы. Когда я устроилась, у меня была зарплата меньше 4 тысяч рублей, потому что не было стажа и я еще училась, да и вообще тогда учителя получали меньше. Мне не хватало моей зарплаты, чтобы даже платить няне ребенка — дочери Ксюше тогда было полтора года. Потом я уволилась, год проработала на почте, но поняла, что работа в школе — это мое. Во время работы на почте я подрабатывала в школе летом, заменяя инспектора по охране прав детства в районах. Это тоже работа с опекунскими, неблагополучными семьями, и я тогда потихоньку снова втягивалась. А когда последний раз там подрабатывала, завуч позвала меня обратно: видела, что мне нравится работа, к тому же зарплата повышалась. Я подумала и вернулась».

«Я КАК ПРЕДСТАВИЛА ИХ РЕБЕНКА ТАМ!..»

«Я — как посредник, — продолжает Лариса Валерьевна. — Если какой-нибудь ребенок из нашей школы состоит на учете в полиции или в комиссии по делам несовершеннолетних, мне нужно работать с этой семьей. Я начинаю ее посещать, беседовать с матерью, детьми, вовлекать детей во всякие внеурочные занятия. Бывает и такое: звоню маме ученика, говорю, что ее сына нет в школе два дня, а она: «Вы знаете, я работаю, мне некогда», — и кладет трубку. Я не пытаюсь учить таких родителей, я пытаюсь донести до них то, что они, как родители, должны помогать своим детям. Иногда рассказываю о своем опыте воспитания. А еще многие родители стесняются того, что их дети воруют, прогуливают, курят. К таким нужен свой подход».

Варианты помощи есть разные. В семьях, где родители пьющие, Лариса предлагает обратиться в Общество анонимных алкоголиков. В ее практике есть случаи, когда матери прислушивались и начинали посещать группы. Но есть случаи особенные, когда Лариса просто в силу характера не может вести себя как посредник, принимая проблемы чужой семьи близко к сердцу.

«Приезжая семья стояла на учете, — рассказывает Лариса Валерьевна. — Они потеряли жилье, потому что мать пила и нигде не работала. Сын учился в нашей школе в начальных классах. Они ютились на какой-то «хате», где все пили, а есть было нечего. Я как представила их ребенка там!.. В общем, мы с мужем приняли решение: приютили их у себя дома, неделю они жили у нас. Все это время она не употребляла, мы беседовали с ней, я убеждала ее, что пока у нее один выход: определить сына в «Теплый дом», а самой пройти лечение. У знакомых были разные точки зрения: кто-то крутил у виска — мол, нельзя приводить к себе каких-то бомжей. Но я, честно говоря, сделала так не столько из-за нее, сколько из-за ребенка. Поэтому и предложила им пожить у нас, чтобы у мальчика не было травмы от того, что его сразу отдали в «Теплый дом», чтобы это произошло постепенно. Сейчас мать на лечении, посмотрим, что будет дальше».

Младшие дети Ларисы тогда очень подружились с мальчиком: сын Сережа делал с ним уроки, будто старший брат, причем сам взял на себя эту инициативу, а дочка Ксюша, когда мальчика забрали в «Теплый дом», говорила, что скучает по нему и что это ее новый друг.

«ЗНАЮ, ЧТО НЕЛЬЗЯ ТАК БЛИЗКО ПОДПУСКАТЬ, НО ПОРОЙ НЕ МОГУ»

В практике Ларисы Киртаевой есть случай, когда ребенок не ходит в школу уже второй год. «Раньше у него мама пила, потом перестала, но отношения у них уже были нарушены, она вышла из его доверия, — рассказывает Лариса Валерьевна. — Он, видимо, когда она еще была в запое, стал дружить с ребятами старше (ему сейчас 12 лет) и потихоньку бродяжничать, проводить время с плохой компанией и пропускать школу. Маму он просто не слушается, она не является для него авторитетом и ничего сделать не может. Беседовали с мамой, беседовали с ним, потом я уже предложила обучать его на дому. Я ходила к нему, давала ему уроки, хотя я не учитель, и мы общались с ним на разные темы, чтобы он вернулся потихоньку в школу. И постепенно он стал приходить туда, например на физкультуру, зачеты уже сдавал в школе».

Правда, кончилось все не очень хорошо. У Ларисы заболела младшая дочь, и ей пришлось взять больничный. Связь с тем мальчиком оборвалась, а его мать не стала продолжать с ним заниматься. В итоге ребенок снова разленился и уже не только не вставал с утра в школу, но и отказался обучаться на дому. Его вызвали на комиссию и предложили приходить к Ларисе Валерьевне во второй половине дня, на что мальчик заявил, что в это время он гуляет. Директор, конечно, был в гневе, и на мальчика написали представление в комиссию по делам несовершеннолетних. Потом он даже употреблял спайс.

«Я недавно звонила его маме, — продолжает Лариса. — Они куда-то увезли его подальше от друзей. Это был очень запоминающийся случай. Знаю, что нельзя так близко подпускать к себе детей в эмоциональном плане, потому что это все-таки работа, но порой не могу. Наверное, потому, что я переосмыслила свою жизнь и многие ценности и по-другому сейчас смотрю на многие проблемы».

ИСПРАВЛЕНИЕ ИГРОЙ

Лариса Киртаева старается развиваться и сама. На семинаре по театральной педагогике она оказалась не случайно: планирует проводить с проблемными детьми внеурочные занятия, вовлекая их в различные игровые ситуации. «В школе нет какой-то определенной программы работы с детьми из неблагополучных семей или с детьми, которые стоят на учете. Они как будто ничьи, предоставлены сами себе, в кружки у них нет желания ходить, и, как правило, учителя их не очень любят, поэтому они болтаются, как в воздухе. То, что они состоят на учете, это простая формальность, нужно, чтобы они работали над собой, решали какие-то свои проблемы через подобные тренинги. Я уже проводила пару тренингов и видела, что детям это нравится, что им интересны такие занятия».

Такие люди, как Лариса Киртаева, вдохновляют. Иметь смелость кардинально изменить свою жизнь, не озлобиться, а только стать мягче, пройдя через самые разные жизненные испытания, продолжать верить в людей и так любить свою работу (что уж греха таить, только единицы способны сохранять терпение, общаясь с трудными подростками и их родителями) — это, несомненно, человеческий подвиг и невероятная сила духа.

Ирина СУВОРОВА