Скупали все, включая тюбетейки

МАРИЙСКАЯ РЕСПУБЛИКА: ГОД 1947. В ОЖИДАНИИ ДЕНЕЖНОЙ РЕФОРМЫ НАСЕЛЕНИЕ СМЕТАЛО С ПРИЛАВКОВ ДАЖЕ САМЫЕ ЗАЛЕЖАЛЫЕ ТОВАРЫ

В 1947 году природа словно сжалилась над людьми: после жесточайшей засухи предыдущего года зима выдалась на редкость снежной, а урожай выдался отменным.

В среднем Марийская Республика получила 11,6 центнера зерна с гектара.


МАРИЙСКАЯ РЕСПУБЛИКА: ГОД 1947. В ОЖИДАНИИ ДЕНЕЖНОЙ РЕФОРМЫ НАСЕЛЕНИЕ СМЕТАЛО С ПРИЛАВКОВ ДАЖЕ САМЫЕ ЗАЛЕЖАЛЫЕ ТОВАРЫ

В 1947 году природа словно сжалилась над людьми: после жесточайшей засухи предыдущего года зима выдалась на редкость снежной, а урожай выдался отменным.

В среднем Марийская Республика получила 11,6 центнера зерна с гектара. План хлебозаготовок перевыполнили на 640 тысяч пудов. А звеньевой колхоза «Кураш» Исхан Муртазин на своем поле получил рекордный урожай — 31 центнер зерна с гектара. Правда, проблем в сельском хозяйстве хватало: нехватка семян для посевов, падеж скота, износ техники, из-за чего пахать кое-где приходилось на быках. Но все же главным был позитив: погода земледельцев не подвела, голод отступил. В итоге осенью на районных сельхозвыставках было что показывать, чем гордиться.

На селе в 1947 году построили 23 электростанции, электрифицировали 35 колхозов республики. Открывались школы мастеров колхозного производства. Государство оказывало помощь крестьянам, предоставляя ссуды бескоровным хозяйствам для приобретения телят. Попутно устранялся дисбаланс между частным и общественным сектором, который в условиях социализма считался главным, но за годы войны утратил свои позиции.

Как и в годы войны, шло соцсоревнование, люди дружно подписывались на очередной займ по восстановлению народного хозяйства, за один день покрывая запрашиваемую властью у народа сумму. При такой готовности граждан поддержать Советское государство Сталин вполне мог позволить себе отказаться от американской помощи, которую США в лице госсекретаря Соединенных Штатов Д. Мариолла предлагали послевоенной Европе, разрушенной Второй мировой войной.

Промышленность Марийской Республики работала, не сбавляя темпов. Получил переходящее Красное знамя отрасли Марбумкомбинат, перевыполняли планы завод электроприборов, судоремонтный завод имени С. Бутякова, льнозаводы, Красногорский лесозавод.

Благоустраивалась Йошкар-Ола. В городе новоселья справляли сотни семей, чего раньше никогда не было. На строительство домов от государства Йошкар-Ола получила 230 тысяч рублей ссуды. Люди жили с ощущением, что быт налаживается.

Общественная жизнь, казалось, приобретала несвойственные ранее тенденции к смягчению. 26 мая вышел указ об отмене смертной казни, а 4 июня — «Об усилении охраны личной собственности граждан». Советское правительство сочло возможным освободить и отправить на родину нетрудоспособных немцев-военнопленных. Продолжалась демобилизация солдат, офицеров и матросов из рядов Вооруженных сил СССР.

Правда, вызывало недоумение отмена выходных дней по случаю Победы над Германией 9 мая и Японией 3 сентября. 1 января в 1947 году также еще не был выходным днем (таковым его сделали в следующем, 1948, году, словно компенсируя отнятые у людей выходные в 1947-м).

9 февраля 1947 года прошли выборы в Верховные советы РСФСР и МАССР. Больше месяца газеты республики писали только об этом. В Верховный совет Марийской АССР по неписанному правилу избрали Сталина и Молотова. В Верховный совет РСФСР от Марийской Республики выбрали знатного земляка — «народного академика» В.П. Мосолова.

Завершался год также выборами — теперь уже в районные и городские советы. А между предвыборными кампаниями выдалось немало памятных дат, широко отмечаемых общественностью, главной из которых было 30-летие Великой Октябрьской социалистической революции.

В Йошкар-Оле летом провели кинофестиваль «Великие вожди Советского Союза» (ясно кто — Ленин и Сталин). В программе значились фильмы «Ленин в 1918 году», «Человек с ружьем», «Великий перелом» и «Клятва».

Театры в отношении репертуара были повольнее. 9 мая Русский драмтеатр представил премьеру комедии Лопе де Веги «Чудеса преображения», а до того йошкар-олинский зритель ходил на «Сотворение мира» Н. Погодина и «За тех, кто в море!» Б. Лавренева.
Приезжали в столицу МАССР и московские гастролеры. 31 мая, 1 июня прошли вечера классического танца и старинного романса с участием певцов и танцоров Большого театра. Небывалый фурор произвели в Йошкар-Оле три концерта народного артиста СССР Н.К. Симонова, представившего на сцене образ Петра I, столь полюбившегося зрителям по одноименному довоенному фильму.
В йошкар-олинском парке культуры и отдыха (ныне — Центральный парк) можно было посетить выставку собак, в фойе Марийского театра экспонировалась выставка картин художника Ильи Иоффе «Окрестности города Йошкар-Ола». В городе также проводился республиканский смотр культпросветучилищ.

В Козьмодемьянске открыли Горномарийский музей, а в Шереметевском замке поселка Юрино — дом отдыха.

Бюро обкома партии приняло постановление «Об увековечении памяти М. Шкетана». Имя писателя, умершего 10 лет назад, присвоили Великопольской средней школе. Марийскому книжному издательству поручили выпустить полное собрание сочинений Шкетана в пяти томах, краеведческому музею — организовать выставку, посвященную этому писателю и драматургу, а МарНИИ — провести шкетановскую научную сессию. Сыну Шкетана Майорову Новомиру Яковлевичу назначили персональную пенсию, а на могиле его отца воздвигли бюст работы Ф. Шабердина.

Кроме произведений Шкетана в тот год издавали пьесы Сергея Николаева, марийские народные песни, переводы русских классиков. Открытый в Йошкар-Оле на улице Советской книжный магазин вызвал немалый ажиотаж. В первый же день до обеда было продано 500 книг.

Но еще большее оживление у покупателей вызвали слухи о скорой денежной реформе. Йошкаролинцы буквально сметали с прилавков все то, что ранее лежало годами. Даже узбекские тюбетейки были раскуплены молниеносно.

14 декабря в газетах официально объявили о реформе, напечатали правила обмена старых денег на новые. Вклады в сберкассах до 3000 рублей обменивались рубль за рубль, вклады до 10 тысяч рублей — 3 старых рубля за 2 новых, свыше 10 тысяч — 2 старых рубля за 1 новый. Наличные деньги в течение недели обменивались из расчета за 10 старых рублей на 1 новый.

В этой ситуации хуже всего было колхозникам, которым нельзя было просто так оставить работу и обменять деньги, а тут еще реформа по срокам совпала с выборами в Советы. Карточки отменили, но цены сразу подскочили, и при зарплате в 500 — 1000 рублей купить удавалось немногое.

Впрочем, и без того существовали предельные нормы отпуска товаров в одни руки: хлеба — 2 кг (8 рублей 80 копеек), колбасы — 0,5 кг, сметаны — 0,5 кг, молока — 1 литр, сахара — полкило, хлопчатобумажных тканей — 5 метров, ниток — 1 катушка, хозяйственного и туалетного мыла — по 1 куску каждого, спичек — 2 коробки, керосина — 2 литра. Но для людей тогда было самым поразительным то, что товары были, и прилавки ломились от давно невиданного изобилия (которое, разумеется, по нынешним меркам считалось бы вопиющей бедностью).

Сложнее было с одеждой. Прилично одеться было не всякому по карману. Бостоновый костюм стоил 430 рублей, туфли женские — 260 рублей. Ну, а о патефоне (900 рублей), радиоприемнике «Рекорд» (600 рублей), фотоаппарате «ФЭД-1» (1100 рублей) приходилось только мечтать. Автомобиль М-20 «Победа» (25000 рублей) могли купить только представители высокооплачиваемой элиты — писатели, ученые, конструкторы, лауреаты Сталинской премии.

В памяти советских людей 1947 год остался подающим надежды на лучшее. Люди распевали песенки «Добрый жук» из «Золушки» и «Журчат ручьи, летят лучи, и тает лед, и сердце тает» из «Весны».

Отблеск Великой Победы лежал на всем, что люди делали тогда: строили, сеяли, убирали, изобретали, пели, учились, создавали. А трудности казались преходящими, главное — выстояли, победили, а значит, завоевали право на достойную счастливую жизнь.одара и других освобожденных городов.

моленщину возвращалесть трудовых мобилизаций — на  не хватало, тягловой силы тоже. Трудоспособн

Василий ВОСТРИКОВ