О ЛЮДЯХ И СУДЬБАХ

Трижды между жизнью и смертью: йошкаролинка рассказала о судьбе своего деда

Приближается великая дата в истории нашей страны – День Победы. Отдать дань памяти, вспомнить подвиг солдат — это то немногое, что сегодня могут сделать наследники победителей. Не забыть солдат, сражавшихся за Родину. Среди них был и прадедушка йошкаролинки Ирины Романовой – Александр Яковлевич Бебенин. Ирина говорит, что ее прадед родился в рубашке, потому что он трижды за годы войны был между жизнью и смертью. Но каждый раз смерть отступала перед жизнью. Он родился, чтобы жить.

Александр Бебенин родился 1 марта 1914 года в деревне Большая Пиштань Яранского района. А 19 июля того же года наступила Первая мировая война.

На войне погиб Яков Андреевич, отец Александра, простой вятский крестьянин. Так Аграфена, мать Александра, осталась вдовой с четырьмя детьми на руках. В 1921 году разразился голод. Аграфена сильно простыла и умерла от болезни, четверо детей остались круглыми сиротами. Старшей Ефросинье было 12 лет. А младшему Саше – 6 лет. Приученные к труду, они не забросили хозяйство, землю, даже держали корову. Поддерживаемые родственниками и деревенской общиной, они выросли работящими, умелыми, честными. Спустя время старшие сестры вышли замуж, и хозяйственный Александр тоже нашел себе пару. На Анне молодой мужчина женился, когда ему шел 17-й год. Семья начала обживаться в деревне, построили дом, родили сына Толю – дедушку Ирины.

Мой прадед работал день и ночь, не покладая рук. Но тут началась Финская война, на которую его призвали в 1939 году. Александр прошел все испытания Финской войны и живым вернулся домой. Казалось бы, уже этих испытаний хватило человеку на всю жизнь. Но для Александра, как и для многих его ровесников, это было всего лишь началом перед новыми трудностями, — рассуждает горожанка.

Настал 1941 год, началась Великая Отечественная война. Из деревни Большая Пиштань 16 августа 1941 года призвали на войну сразу 16 человек, в том числе и Александра. На фронт солдаты попали не сразу. Их 2 месяца обучали военному делу в Вишкиле. После обучения Александр Яковлевич получил звание помощника командира взвода (помкомвзвода). 7 ноября был сформирован военный отряд, который направили на Ленинградский фронт.

Героически сражались советские люди за Ленинград. Александр вспоминал, что никогда не видел такого количества танков и различных видов орудий. Ирина говорит, что прадед особенно запомнил, как яростно и оглушительно гремело железо, будто шар земной раскалывался на куски.

На город пикировали самолеты и сбрасывали бомбы. По словам Александра, страшнее взрывов был бой пикировщиков. Чем ниже скользил самолет к земле, тем невыносимее становился рев его моторов и сирен. Фашисты обстреливали позицию взвода, в котором был Александр. Длинной очередью пулемета Александра ранило в грудь.

— То, что спасен, он понял, когда очнулся и увидел, как в дыму наши подбирали раненых. Они отвезли их в одну из близлежащих деревень. Там прадед пробыл двое суток. Затем на грузовиках их стали переправлять в Вологду в военный госпиталь. Отсюда с помощью медсестры Александр написал письмо жене, вернее продиктовал его: «Анюта, меня ранило в грудь. Сейчас нахожусь в госпитале. Обо мне не тужите. Врачи говорят, что не так уж и опасно. Все равно выздоровею. Саня», – делится воспоминаниями ветерана родственница.

После прадед Ирины долечивался на Урале, в Кунгуре, где пролежал в госпитале еще целый месяц. Затем был отправлен в батальон выздоравливающих в Молотове, так тогда называлась Пермь. Александра пока признали негодным к строевой службе и направили в госпиталь в качестве санитара. Он ловко оказывал первую помощь, быстро освоил методику массажа, иногда даже точно определял диагноз больного.

В этом госпитале он пробыл 1,5 года. Затем вновь в Молотов приехала военная комиссия, и Александра направили уже в строевую часть. В Чебаркульских лагерях велось формирование Гвардейской дивизии, для участия в обороне Сталинграда. Туда и попал солдат.

Взять Сталинград немцы не смогли. Завязались упорные бои. Немцы овладели уже и Мамаевым курганом, но когда прибыла гвардейская дивизия генерала Родимцева, в которой и состоял Александр Яковлевич, она выбила фашистов из центра города, а затем захватила и курган. Вскоре капитулировала последняя немецкая часть.

По словам йошкаролинки, впервые в жизни Александр Яковлевич увидел такое количество фашистов. Перед советскими солдатами прошло несколько тысяч пленных немцев.

После Сталинграда дивизию, где находился Александр, перебросили на поля сражений Орловско-Курской дуги.

В ходе одной из операций 8 марта 1943 года прадед Ирины попал в плен. Александр получил тяжелое ранение в правое плечо, хотя это в какой-то степени спасло его — он мог идти. Многие же из пленных были не в состоянии передвигаться, так как были ранены в ноги. Немцы сталкивали их в снег на дороги и расстреливали. Тех, кто уцелел, отправили в концлагерь в Брянск.

В концлагере прадеду пришлось пережить много испытаний и пыток, — говорит Ирина. — Над пленными издевались, жестоко били палками и хлыстами, напускали собак, травили похлебкой из брюквы, после которой очень сильно болел живот. Немцы проводили разные психологические атаки: на глазах у пленных сталкивали в колодец маленьких местных ребятишек и женщин. Многие не выдерживали таких пыток, умирали. Дед рассказывал, как каждое утро немцы снимали с нар умерших и немощных, складывали их в бричку в три ряда, запрягали в нее несколько человек из тех, кто оставался в живых, заставляли везти трупы, сбрасывать в яму и зарывать их.

Спустя месяц Александра с другими пленными отправили в Литву, Шяуляй. Здесь пленных гоняли на строительные работы — они строили железнодорожный разъезд.

А в родные края солдата между тем пришла похоронка. Вся семья и деревня оплакивали «умершего» Александра. Но даже после похоронки его жена Анна всем сердцем чувствовала и верила, что муж жив.

Через полтора месяца всех пленных из Литвы перевезли в Германию, там находилось более 35 тыс. военнопленных. По словам ветерана, однажды в этот лагерь приехал один немец, которого все называли хозяином. За счет лагеря он постоянно пополнял рабочей силой свои угольные шахты. «Замучит одних, берет других», — вспоминал впоследствии Александр. Он в числе 70 других пленных попал на работу в шахту. Так как Александр был тяжело ранен в грудь и плечо, в саму шахту его не взяли, а назначили работать на ее поверхности. 1,5 года он копал артезианский колодец у немца, грузил шпалы и выполнял другие подсобные работы. Все работали до изнеможения, пленные были страшно худые.

В 1945 году угольные шахты разбомбили американцы, пленные были освобождены. Александр написал весточку домой. Но вернуться к семье солдату удалось только лишь в 1947 году.

По словам внучки, за годы войны смерть заносила свою страшную косу над прадедом три раза. Но всегда отступала. Может быть, жаркими молитвами жены спасался он от неминуемой гибели.

В боях под Курском, уже попав в окружение, Александр со своими товарищами засели в амбаре на краю деревни, — рассказывает Ирина. — У них был пулемет. Дед стрелял, товарищ набивал пулеметные ленты. Он вспоминал, что было холодно, пальцы сводило. А прадедушка отличался тем, что у него всегда были горячие руки, он запросто мог без рукавиц обходиться в небольшие морозы. По этой причине товарищ предложил ему поменяться. Дед согласился, они поменялись позициями. Через несколько мгновений на то место, где только что был мой прадед, попал артиллерийский снаряд. Друг погиб, а дед получил ранение в плечо.

Раненого и уже потерявшего много крови, почти уже замерзающего обнаружили немцы, он еле мог идти. Его и еще несколько таких же отставших от роты советских солдат фашисты решили расстрелять. Александр вспоминал, как стоял возле готовой могилы, а к ним с автоматами подходят немцы. И вдруг увидел, как на дорогу вышли наши военнопленные в сопровождении конвоя. И небольшую группу немцы решили присоединить к той колонне. Так смерть передумала во второй раз.

И был еще третий случай, тоже пугающий своей случайностью и не случайностью одновременно.

Когда прадед был в плену, немцы их давно перестали кормить, полуживой Александр лежал обессиленный в лагерном бараке. Во время одной из бомбежек его сосед позвал переползти на другую сторону барака. Но солдат отказался. Сосед махнул рукой и поменял место размещения, и бомба упала прямо туда. А Александр снова остался жить, про себя повторяя слова молитвы и удивляясь очередному выбору смерти.

Трижды отступала она, не для того ли, чтобы, вернувшись с войны, он мог дать жизнь дочери, чтобы смог помочь поднять на ноги своих детей овдовевшим сестрам, вырастить и своих сыновей гладить по головке и рассказывать сказки маленьким внучатам?! А может быть, судьба учила его дорожить жизнью и значит — честно прожить ее, достойно человека и самой жизни, — заключает Ирина Романова.

Напомним, ранее сайт «Й» писал, что школьница рассказала о своем прадеде, который погиб на войне.

Фото из личного архива Ирины Романовой