В сетях маркетинга

Йошкар-Ола пестрит объявлениями, расклеенными на дверях подъездов или даже привязанными к деревьям: «Требуется сотрудник с пед. образованием» или «Подработка, звони!». Корреспондент «Йошкар-Олы» решил узнать, что предлагают горожанам щедрые работодатели, и попал в цепкие лапы сетевого маркетинга.

 

Назвался груздем

Объявление я нашел у соседнего с редакцией подъезда. На облупленной деревянной двери висело сразу несколько бумажек, сулящих подработку, карьерный рост и что-то многообещающее про алкоголизм и наркоманию. Я взял два первых. Телефоны в них были разные, отвечали два совершенно непохожих голоса, но меня пригласили в один и тот же кабинет в ближайший Дом быта.

Небольшой офис находится на третьем этаже. Два кабинета и отгороженный от общего коридора стеклянной стеной ресепшен с небольшим столом и парой стульев у входа. Обстановка не впечатляет. На деревянном полу лежит старый линолеум, стены обклеены обоями, оргтехники нет вовсе.

Намеков на то, чем занимается компания, нет. Не «раскалывается» и вахтер – седовласый дедушка с вкрадчивым голосом. Как выяснится позже, он руководитель организации и сотрудник третьей ступени крупной международной корпорации.

Дедушка дает мне лист А4. На одной стороне нужно заполнить «Информацию о соискателе», на оборотной – небольшую анкету. Вопросы в духе «Заслуживаете ли вы лучшей жизни?» или «Есть ли у вас цель?» немного смущают. Добавляют скепсиса грамматические ошибки. Но что делать? Назвался груздем – полезай в кузов. Я лезу.

 

Хочу!

Когда анкета заполнена, ко мне выходит Антонина Владимировна – невысокая полная женщина с простым, открытым лицом. На вид ей крепко за 50. В кабинете, куда мы входим на собеседование, нет привычных компьютеров, принтеров и прочей оргтехники. На парте у стены стоит лишь дешевый потрепанный ноутбук, подключенный к висящему в углу большому телевизору. На стене красуется небольшая школьная доска, рядом висят плакаты, показывающие красивую жизнь. В кадушке у окна торчит небольшое деревце с привязанными на ветви бумажками, имитирующими валюты разных стран. Есть и отечественная пятитысячная купюра, она почему-то значительно больше всех остальных.

Антонина Владимировна говорит тихим голосом, доверительно наклонившись ко мне и часто заглядывая в глаза. Играет приятная расслабляющая музыка. Я с тревогой замечаю, как мой скепсис начинает таять на глазах. Женщина задает вопросы, на которые приходится отвечать только «да». За считаные минуты я смиряюсь со своей ролью и беспрерывно киваю головой как китайский болванчик.

– Хотите стать начальником и работать на себя, а не на дядю? Хотите купить квартиру не в ипотеку? Хотите перестать считать деньги?

Хочу! Где поставить подпись? Можно ручкой или уколоть пальчик иголкой и расписаться кровью? Я могу!

Про должностные обязанности Антонина Владимировна говорит мало. Нужно будет заниматься персоналом, а может, рекламой, а может, дистрибьюцией – организацией сбыта товара. Но продавать точно ничего не надо. Зарплату обещают немаленькую, но это только в первый месяц работы. Дальше сулят златые горы.

После собеседования оказывается, что для приема на работу нужна резолюция психолога. К счастью, психолог увидел во мне потенциал (не знаю, гордиться этим или стыдиться), и меня пригласили на обучение.

 

«Никому не говорить и думать поменьше!»

Первое занятие – вводное. В «классе» два человека: я и непоседливая пенсионерка в огромных очках.

– Ты чего сюда пришел? – спрашивает заговорщицким тоном моя «однокашница».

– По объявлению, работу ищу, – вру я. – А вы?

– Хотела охранником устроиться, да дверью ошиблась, – хихикает бабуля. – Вот, думаю, посижу, посмотрю. Хотя не мое это.

Каждое занятие строится по одной схеме. Первым делом мы рисуем карьерную лестницу из 8 ступеней, а потом слушаем рассуждения о том, как тяжело и бессмысленно работать по найму и какие великие перспективы открывает перед нами могучая транснациональная корпорация из Китая. На обещания лекторы не скупятся. Сулят деньги и премии в виде туристических путевок и дорогих иномарок. Говорят даже о приглашении посетить Китай, которое лично пришлет президент КНР – хотя на самом деле в Китае президента нет.

Лекторы говорят быстро и эмоционально. Тембр, обычно мягкий и доброжелательный, временами внезапно меняется на жесткий и требовательный. Лекторы часто записывают на доске, обводя цифры по нескольку раз, и постоянно проводят рукой сверху вниз. В конце каждого занятия я ловлю себя на том, что почти ничего не запомнил. Но из класса неизменно выхожу в приподнятом настроении и, признаться честно, со жгучим желанием заработать кучу денег в этой таинственной компании.

Кстати, за 5 дней я почти ничего не узнал о своей будущей работе. Любые попытки задать вопрос на занятиях моментально пресекают – для них обещают выделить время в конце пятого занятия. На вопросы действительно отвечают. Но ответы кажутся мне сомнительными. На вопрос о пенсионных и страховых выплатах очередной руководитель организации Александр Анатольевич отвечает утвердительно. Но тут же пускается в рассуждения о том, насколько мала в России пенсия и как хорошо быть миллионером.

– Если хотите жить на пенсию, считать каждую копейку – это ваш выбор. Я свой сделал давно! – на корню пресекает дальнейшие расспросы Александр Анатольевич.

Мне вспоминается разговор с отцом Алексеем о деструктивных культах. В этих сектах не принято задавать вопросы, а излишне любопытных высмеивают или просто выгоняют. Часто в сектах пытаются оторвать человека от семьи и социума, сделать его зависимым. Я замечаю нечто подобное.

– Тут сидишь и больно хочется попробовать, – говорит после одного из занятий сидящая за соседним столом пенсионерка. – А дома поговоришь с детьми и все думаешь, думаешь.

– Поэтому надо сейчас заключать контракт! А дома никому не говорить и думать поменьше! – отвечает ей вторая.

 

Прощайте, золотые горы

На обучение в компании я потратил целую неделю. Каждый день я исправно посещал занятия и многое узнал про то, как замечательно быть богатым. О том, как стать богатым, я не узнал ничего. Кроме того, узнал, что должен стать дистрибьютором компании, а лучше сразу руководителем собственной организации. Для этого нужно всего лишь купить товар на 17400 рублей. Магическая цифра звучит на каждом уроке, и каждый лектор настоятельно советует нам начать именно с нее.

После занятий Антонина Владимировна, видимо, заметив мое сомнение, предлагает другой вариант. Я привожу ей клиентов, за что буду получать определенный доход. Диагностика по руке стоит 500 рублей. Если привожу клиента, получаю 200. Массаж чудесным прибором (кажется, он латает дыры в ауре) стоит 1500 рублей. Но и с него я получу лишь 200 рублей.

Кроме того, наставница предлагает мне заняться расклейкой объявлений. Она показывает еще не вырезанные объявления на листах А4. На них виднеются уже знакомые «Подработка, звони!» и «Помощник руководителя». К объявлениям мне дают несколько инструкций. Я нахожу, что со мной Антонина Владимировна действовала строго по ним.

В качестве первого задания мне предлагают составить два списка. Первый – список из 200 желаний, второй – список родных, друзей и знакомых с номерами телефонов и пометками. Говорить родным о работе Антонина Владимировна не советует – пока не поймут. Но со временем, уверяет меня наставница, подключить к «бизнесу» можно будет и их.

Когда дело доходит до подписания договора, в нем обнаруживается пункт, где прямо указано, что дилер не вправе рассчитывать на вознаграждение. Наставница привычно кивает – это старый договор, вознаграждение обязательно будет. Но в это верится с трудом. За заключение контракта просят деньги. Но подписывать эту филькину грамоту я отказываюсь. Дорогие иномарки, путешествия, яхты и прочие золотые горы – увы, о вас мне придется позабыть! Жаль, конечно, но, с другой стороны, наступило облегчение: лишний раз убедился, что заработать большие деньги, клюнув на подобные объявления, невозможно. Это самый обычный развод.

 

Из сетей маркетинга вырвался Виктор МАЛЬЦЕВ

Йошкар-Ола пестрит объявлениями, расклеенными на дверях подъездов или даже привязанными к деревьям: «Требуется сотрудник с пед. образованием» или «Подработка, звони!». Корреспондент «Йошкар-Олы» решил узнать, что предлагают горожанам щедрые работодатели, и попал в цепкие лапы сетевого маркетинга.

 

Назвался груздем

Объявление я нашел у соседнего с редакцией подъезда. На облупленной деревянной двери висело сразу несколько бумажек, сулящих подработку, карьерный рост и что-то многообещающее про алкоголизм и наркоманию. Я взял два первых. Телефоны в них были разные, отвечали два совершенно непохожих голоса, но меня пригласили в один и тот же кабинет в ближайший Дом быта.

Небольшой офис находится на третьем этаже. Два кабинета и отгороженный от общего коридора стеклянной стеной ресепшен с небольшим столом и парой стульев у входа. Обстановка не впечатляет. На деревянном полу лежит старый линолеум, стены обклеены обоями, оргтехники нет вовсе.

Намеков на то, чем занимается компания, нет. Не «раскалывается» и вахтер – седовласый дедушка с вкрадчивым голосом. Как выяснится позже, он руководитель организации и сотрудник третьей ступени крупной международной корпорации.

Дедушка дает мне лист А4. На одной стороне нужно заполнить «Информацию о соискателе», на оборотной – небольшую анкету. Вопросы в духе «Заслуживаете ли вы лучшей жизни?» или «Есть ли у вас цель?» немного смущают. Добавляют скепсиса грамматические ошибки. Но что делать? Назвался груздем – полезай в кузов. Я лезу.

 

Хочу!

Когда анкета заполнена, ко мне выходит Антонина Владимировна – невысокая полная женщина с простым, открытым лицом. На вид ей крепко за 50. В кабинете, куда мы входим на собеседование, нет привычных компьютеров, принтеров и прочей оргтехники. На парте у стены стоит лишь дешевый потрепанный ноутбук, подключенный к висящему в углу большому телевизору. На стене красуется небольшая школьная доска, рядом висят плакаты, показывающие красивую жизнь. В кадушке у окна торчит небольшое деревце с привязанными на ветви бумажками, имитирующими валюты разных стран. Есть и отечественная пятитысячная купюра, она почему-то значительно больше всех остальных.

Антонина Владимировна говорит тихим голосом, доверительно наклонившись ко мне и часто заглядывая в глаза. Играет приятная расслабляющая музыка. Я с тревогой замечаю, как мой скепсис начинает таять на глазах. Женщина задает вопросы, на которые приходится отвечать только «да». За считаные минуты я смиряюсь со своей ролью и беспрерывно киваю головой как китайский болванчик.

– Хотите стать начальником и работать на себя, а не на дядю? Хотите купить квартиру не в ипотеку? Хотите перестать считать деньги?

Хочу! Где поставить подпись? Можно ручкой или уколоть пальчик иголкой и расписаться кровью? Я могу!

Про должностные обязанности Антонина Владимировна говорит мало. Нужно будет заниматься персоналом, а может, рекламой, а может, дистрибьюцией – организацией сбыта товара. Но продавать точно ничего не надо. Зарплату обещают немаленькую, но это только в первый месяц работы. Дальше сулят златые горы.

После собеседования оказывается, что для приема на работу нужна резолюция психолога. К счастью, психолог увидел во мне потенциал (не знаю, гордиться этим или стыдиться), и меня пригласили на обучение.

 

«Никому не говорить и думать поменьше!»

Первое занятие – вводное. В «классе» два человека: я и непоседливая пенсионерка в огромных очках.

– Ты чего сюда пришел? – спрашивает заговорщицким тоном моя «однокашница».

– По объявлению, работу ищу, – вру я. – А вы?

– Хотела охранником устроиться, да дверью ошиблась, – хихикает бабуля. – Вот, думаю, посижу, посмотрю. Хотя не мое это.

Каждое занятие строится по одной схеме. Первым делом мы рисуем карьерную лестницу из 8 ступеней, а потом слушаем рассуждения о том, как тяжело и бессмысленно работать по найму и какие великие перспективы открывает перед нами могучая транснациональная корпорация из Китая. На обещания лекторы не скупятся. Сулят деньги и премии в виде туристических путевок и дорогих иномарок. Говорят даже о приглашении посетить Китай, которое лично пришлет президент КНР – хотя на самом деле в Китае президента нет.

Лекторы говорят быстро и эмоционально. Тембр, обычно мягкий и доброжелательный, временами внезапно меняется на жесткий и требовательный. Лекторы часто записывают на доске, обводя цифры по нескольку раз, и постоянно проводят рукой сверху вниз. В конце каждого занятия я ловлю себя на том, что почти ничего не запомнил. Но из класса неизменно выхожу в приподнятом настроении и, признаться честно, со жгучим желанием заработать кучу денег в этой таинственной компании.

Кстати, за 5 дней я почти ничего не узнал о своей будущей работе. Любые попытки задать вопрос на занятиях моментально пресекают – для них обещают выделить время в конце пятого занятия. На вопросы действительно отвечают. Но ответы кажутся мне сомнительными. На вопрос о пенсионных и страховых выплатах очередной руководитель организации Александр Анатольевич отвечает утвердительно. Но тут же пускается в рассуждения о том, насколько мала в России пенсия и как хорошо быть миллионером.

– Если хотите жить на пенсию, считать каждую копейку – это ваш выбор. Я свой сделал давно! – на корню пресекает дальнейшие расспросы Александр Анатольевич.

Мне вспоминается разговор с отцом Алексеем о деструктивных культах. В этих сектах не принято задавать вопросы, а излишне любопытных высмеивают или просто выгоняют. Часто в сектах пытаются оторвать человека от семьи и социума, сделать его зависимым. Я замечаю нечто подобное.

– Тут сидишь и больно хочется попробовать, – говорит после одного из занятий сидящая за соседним столом пенсионерка. – А дома поговоришь с детьми и все думаешь, думаешь.

– Поэтому надо сейчас заключать контракт! А дома никому не говорить и думать поменьше! – отвечает ей вторая.

 

Прощайте, золотые горы

На обучение в компании я потратил целую неделю. Каждый день я исправно посещал занятия и многое узнал про то, как замечательно быть богатым. О том, как стать богатым, я не узнал ничего. Кроме того, узнал, что должен стать дистрибьютором компании, а лучше сразу руководителем собственной организации. Для этого нужно всего лишь купить товар на 17400 рублей. Магическая цифра звучит на каждом уроке, и каждый лектор настоятельно советует нам начать именно с нее.

После занятий Антонина Владимировна, видимо, заметив мое сомнение, предлагает другой вариант. Я привожу ей клиентов, за что буду получать определенный доход. Диагностика по руке стоит 500 рублей. Если привожу клиента, получаю 200. Массаж чудесным прибором (кажется, он латает дыры в ауре) стоит 1500 рублей. Но и с него я получу лишь 200 рублей.

Кроме того, наставница предлагает мне заняться расклейкой объявлений. Она показывает еще не вырезанные объявления на листах А4. На них виднеются уже знакомые «Подработка, звони!» и «Помощник руководителя». К объявлениям мне дают несколько инструкций. Я нахожу, что со мной Антонина Владимировна действовала строго по ним.

В качестве первого задания мне предлагают составить два списка. Первый – список из 200 желаний, второй – список родных, друзей и знакомых с номерами телефонов и пометками. Говорить родным о работе Антонина Владимировна не советует – пока не поймут. Но со временем, уверяет меня наставница, подключить к «бизнесу» можно будет и их.

Когда дело доходит до подписания договора, в нем обнаруживается пункт, где прямо указано, что дилер не вправе рассчитывать на вознаграждение. Наставница привычно кивает – это старый договор, вознаграждение обязательно будет. Но в это верится с трудом. За заключение контракта просят деньги. Но подписывать эту филькину грамоту я отказываюсь. Дорогие иномарки, путешествия, яхты и прочие золотые горы – увы, о вас мне придется позабыть! Жаль, конечно, но, с другой стороны, наступило облегчение: лишний раз убедился, что заработать большие деньги, клюнув на подобные объявления, невозможно. Это самый обычный развод.

 

Из сетей маркетинга вырвался Виктор МАЛЬЦЕВ