ОБРАЗОВАНИЕ И ВОСПИТАНИЕ РАССКАЗЫ И ИСТОРИИ

Крамольные мыслишки, или После родительского собрания

Делиться мыслями по поводу взаимоотношений с сыном — учеником одной из школ Йошкар-Олы продолжает жительница Марий Эл Полина Ермакова. На этот раз триггером послужили родительское собрание и предшествовавшее ему задание на лето, которое нужно было сделать до начала учебы. 

Скажите, пожалуйста, люди добрые: меня одну мысль о том, что снова начинается школа, приводит в уныние? А неизбежные сборы на учебу вызывают легкую дрожь в коленках? И дело ведь не в дороговизне школьных принадлежностей и всевозможной ученической спецодежды. Хотя и это не придает радужных красок всему процессу.

Неразрешимый вопрос

Побывала на днях на традиционном перед началом учебного года родительском собрании. Что-то радостных искорок в глазах других родителей я тоже не заметила. И даже трепетного ожидания во взглядах не было. Порадовало, что, значит, все-таки я не одна такая. Хотя были некоторые весьма активные мамочки, с искрящимся энтузиазмом рассказывавшие, как все лето со своими детками занимались чтением, письмом и математикой, «вспоминали и закрепляли пройденный в первом классе материал». Поэтому они теперь во всеоружии, и с радостным воодушевлением ждут начала учебного года. И дети их тоже, якобы, с нетерпением рвутся в бой.

Уже от одних только этих сильно правильных слов меня начало слегка подташнивать. Две мамы-отличницы, конечно же, пришли раньше всех, сели за первую парту и беседовали так, чтобы ни одна их фраза не пролетела мимо ушей окружающих. Я же, само собой, опоздала, и половину из этого диалога, слава Богу, не услышала. Но и того, что успела уловить, мне вполне хватило, чтобы впасть в еще большее уныние.

Серьезно?! Такое бывает? У кого-то хватило мужества и желания вот так по-честному все лето штудировать школьную программу?! И сохранить при этом человеческое лицо, самообладание и крепкую связь с детьми? Так, правда, может быть? Моя самооценка съежилась, собралась в комочек и закатилась куда-то под парту, забилась в самый угол и осталась там тихо доживать свои последние часы. «Как же, Сашок, тебе с мамой не повезло…» – крамольная мыслишка назойливо жужжала в моей голове, не оставляя шансов оправиться к первому сентября.

Ну, чем не победа?

– Сашенька, давай почитаем. Смотри, какой список литературы нам на лето задали. Если будем время тянуть, ничего не успеем, – с тоской в голосе и без особой надежды протянула я. Это было в июне.

– Мама, мне сейчас некогда, честно-честно! Мы с Данилом договорились в футбол поиграть. Давай, вечером почитаем! – раздалось из коридора. Саша натягивал кроссовки, и всем своим нутром был уже на улице, а точнее, на футбольном поле.

– Саша, мы договаривались, что ты почитаешь, когда с улицы придешь, – по-честному предприняла я еще одну попытку повернуть мысли ребенка в «правильное» русло, пока он набивал живот жареной картошкой после напряженного дворового матча.

– Бу-бу-бу…– что-то невнятное прозвучало в ответ.

– Прожуй сначала, потом говори, – поучительным тоном отозвалась я, включая воду, чтобы перемыть гору посуды.

– Ты не представляешь, какой я сегодня гол зазвездил! – проглотив внушительную порцию картохи, пропустив мимо ушей мои увещевания о пользе чтения, искрил впечатлениями Сашка. – Крученый! В верхний угол! У Вовки даже шансов не было мяч поймать! Совсем! Месси отдыхает! Данил весь обзавидовался!

– Футбол – это, конечно, хорошо, Саша. И ты у меня умница, – вытирая руки когда-то давно бывшим белоснежным вафельным полотенцем, села я рядом с сыном.

Глядя на то, как горят его глаза, как он гордится собой, невольно поймала себя на мысли: «А может, футбол для него важнее? Может, все-таки любить себя и гордиться собой сейчас ему нужнее, чем киснуть за учебниками и переживать, что это скучно, а время уходит? И потом, когда он станет взрослым, с радостью будет вспоминать этот крученый гол, одобрительные взгляды друзей, гордость за себя, а не то, как выводил крючки в тетради. Именно эти воспоминания, скорее всего, придадут ему уверенности в себе, когда надо будет быть решительным и смелым…»

– Но ведь каникулы закончатся, с тебя спросят, что ты за лето прочитал. Что будешь рассказывать? Про футбол что ли?– игриво произнесла вслух и взъерошила мокрой ладошкой рыжий вихор на Сашкиной макушке.

– Я… гово… рю… не могу сей… час… устал… сил нет, – делая паузы в словах, и между ними запивая молоком картошку, резонно заметил Саня. – Потом почитаю… Правда-правда…

– Опять потом? Это «потом» почему-то никогда не наступает, – произнесла я, глядя на часы, а в голове прозвучало: «Да и мне, честно говоря, не очень-то охота сейчас с тобой заниматься. Вообще-то, спать уже пора».

Так заканчивалось большинство наших попыток заняться учебой летом. Нет, конечно, совсем-то уж мы не бездельничали. Половину из списка мы добросовестно прочитали. И даже заполнили читательский дневник: автор, заголовок, главные герои, сюжет и рисунок. Все есть, все исполнено в лучшем, так сказать, виде. Пусть и на половину только.

Но ведь сделали! Как удалось? Наверное, чудо. Или, просто ближе к августу тревога начала нарастать все больше и больше – жареный петух зашевелился, а оттого и моя настойчивость крепла с каждым днем. А еще Данил на месяц уезжал к бабушке, поэтому с футболом Сашке пришлось повременить, и сил на интеллектуальные дела у него было больше. И это, по моему мнению, огромная наша победа. До математики и письма, правда, руки так и не дошли. Но все же, мне казалось, что мы и так молодцы…

Умная система

Казалось. До вот этого злосчастного родительского собрания, на котором я вновь почувствовала себя никудышной мамой. Иногда кажется, что все эти школьные мероприятия для того и созданы, чтобы родители не возомнили себя лучше учителей, а слушали бы их с открытым ртом, внимали и беспрекословно выполняли все рекомендации. Умная, надо сказать, система – рабочая. Ну, это я так, видимо, просто пытаюсь оправдаться перед самой собой. Всегда легче обвинить систему, чем признать свои ошибки. Побитая самооценка и мысли о том, что вот-вот снова начнутся ежевечерние посиделки за тетрадями и ежедневная нервотрепка – не единственный результат сего действа.

Вишенкой на торте стало объявление о смене учителя. Оглушительная, надо сказать, новость. К тому же, если вспомнить, как мы привыкали и притирались в прошлом году к нашей первой учительнице, молодой, неопытной, но оттого еще больше старательной и ответственной. И вот, Саша только к весне всей душой проникся к ней, можно сказать, полюбил даже. С грустью расставался на лето. Правда. Прямо искренне расстраивался, что целых три месяца не увидит свою Мариванну. А тут такое.

Теперь она будет работать в другой школе, ближе к дому. С другими детьми. И все вроде бы понятно, и так бывает. Дела житейские, вполне себе осязаемые. Но как же Сашка? Он так привязывается к людям! Да и я тоже.

Я так радовалась, когда поняла, что наша первая учительница разглядела в моем сыне все самое лучшее, что в нем есть. Сквозь его неусидчивость, болтливость и плохой почерк увидела отличную память, тягу ко всему новому и интересному, общительность, душевность и обаяние. Она заметила в нем даже артистические данные. Поэтому чаще, чем другим, задавала выразительное чтение. А тот и рад. Читать перед всем классом стихи и рассказы на разные голоса он обожает. Особенно, когда все смеются. И Мариванна позволяла ему проявлять себя во всей красе.

– Ты знаешь, Саш, – неуверенно начала я разговор, придя домой с собрания. – У вас теперь будет новая учительница.
Глаза Саши округлились, заблестели, но лишних вопросов он задавать не стал.

– Надеюсь, Мариванна рассказала ей о нас только хорошее…

PS.

Газета «Йошкар-Ола» публиковала и другие истории этого автора, в том числе «Откуда взялась злобная мама, или Исповедь родительницы одного из школьников Йошкар-Олы»

Коллаж из фото с сайта pixabay.com.