КУЛЬТУРА, ИСТОРИЯ, РЕЛИГИЯ

Йошкар-Ола в 1932 году: почему банные дни поделили на «мужские» и «женские», а бизнесменов ждали 10 лет концлагеря

1932 год на территории нынешней Республики Марий Эл запомнился законом «о трех колосках», жесткой борьбой со спекуляцией, за которую можно было получить 10 лет концлагеря без права амнистии. Дни работы были разделены на «мужские» и «женские», а на экраны вышел знаменитый фильм «Путевка в жизнь», после чего песню Мустафы, которую исполнил марийский актер Йыван Кырла, выучил каждый горожанин, а на сцене театра впервые поставили пьесу С.Г. Чавайна «Мукш отар» («Пасека»).

Год  был не просто високосным, он был экстремальным по напряжению. Коллективизация, индустриализация, борьба в партии, пик мирового экономического кризиса, вызвавший катаклизмы во многих странах. Достаточно сказать, что тогда нацисты в Германии шли к власти, а число голосов, поданных за Гитлера на президентских выборах почти на 10 миллионов превзошло те, что были отданы германской компартии, Тельману.

В доверительной беседе с премьер-министром Великобритании Черчиллем Сталин, отвечая на вопрос, когда ему было труднее, в 1942 году или в 1932 году, дал понять собеседнику, что тогда было труднее, когда были коллективизация и индустриализация.

Потерпи неудачу тогда, Сталин лишился бы и авторитета, и власти. А риск проиграть был, и немалый. Голодные 1932-1933 годы испытывали государство на прочность. Впрочем, по газете того же года можно было только догадываться о серьезности положения.

Это можно было почувствовать по появлению указа «семь-восемь», названного в народе закона «о трех колосках», от 7 августа 1932г. – «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной собственности». Этого закона показалось недостаточно, и 22 августа вышло постановление «О борьбе со спекуляцией». За нетрудовые доходы можно было получить 5-10 лет концлагеря без права амнистии и досрочного освобождения.

В конце 1932 года в СССР родилась паспортная система. В среде партийцев появилась новая оппозиция Сталину в лице группы М.Рюмина, обвинявшего генсека в измене идеалам революции. Противников вождя исключали из ВКП(б), а самого Рюмина Сталин готов был расстрелять, но тогда не дали, не принято было еще в партии расправляться подобным образом с инакомыслящими.

Йошкар-Ола жила проблемами провинции. Самой острой из них в Маробласти считалась борьба с «великодержавным шовинизмом», выражавшимся нежеланием ряда русских работников учить марийский язык. В области уже который год, начиная с 1924 года, шла кампания коренизации марийского языка в работе советских и партийных органов.

Национальная политика тех лет предполагала воспитание и закрепление марийцев на различных должностях, включая руководящие. Создана была Высшая коммунистическая сельскохозяйственная школа в Йошкар-Оле, служившая источником пополнения руководящих кадров среднего и низового звена.

Проблем было немало. Весной приходилось устранять последствия паводка. В пасху 1932 года, пришедшую за пролетарским праздником – Первомаем, опираясь на «требования общественности», горисполком запретил в городе колокольный звон. С жилищным кризисом было непросто сладить. Строили недостаточно, да и кирпичный завод то и дело находился «в прорыве», недодавая потребителям, остро нуждавшимся в кирпиче, свою продукцию. Ко всему прочему, потребовала ремонта недавно построенная баня, поделившая дни на «мужские» и «женские».

Боролись за распространение займов индустриализации, за культуру, против трахомы, требовали свободы для политзаключенных в странах капитала. Широко отмечали 15-летний юбилей Октябрьской революции и 40-летие писательской деятельности Максима Горького, в чью честь переименовали Нижний Новгород.

В Йошкар-Оле появилась своя улица Горького, небольшая и узкая. До московской улицы Горького, бывшей тверской, славящейся роскошными домами и магазинами, нашей было куда как далеко.

Но человеку не все было бороться с кем-то и за что-то. Требовалось и отдохнуть. И тут на помощь приходили театр, эстрада и цирк.

Горожане, судя по широкому репертуару – 12 опер, были страстными меломанами. Музыка Чайковского,
Римского-Корсакова, Даргомыжского, Рубинштейна, Делиба, Гуко и Верди пользовалась неизменной популярностью. На сцене Маргостеатра ставили балеты на музыку Леонкавалло –
«Арлекиниаду» и «Паяцы».

Приезжали артисты из других городов по направлению ГОМЭЦ – Государственного объединения музыкальной эстрады и цирка. Побывали в Йошкар-Оле артисты китайского цирка.

Кроме театра, в Йошкар-Оле большой популярностью пользовался спорт. 12 июля открылась областная Спартакиада. Футбольные матчи, в которых основными соперниками выступали казанские спортсмены, собирали сотни зрителей.

1932 год – это год триумфального шествия по экранам Советского Союза и стран мира первой советской звуковой кинокартины «Путевка в жизнь». Песню Мустафы, блистательно сыгранного в фильме Йываном Кырла, «Ой, луй модеш» («Ой, куница играет») знал у нас каждый. Железная дорога, проложенная руками Мустафы и его товарищей, смотрелась как путь в новую счастливую жизнь.

В Маробласти вводилось всеобщее семилетнее обучение. К 15-летию Октябрьской революции шла борьба за выполнение планов и в первую очередь по хлебосдаче. Рапорты о выполнении обязательств и трудовых победах печатались на первых полосах газет.

В конце 1932 года в Маргостеатре состоялась премьера пьесы С.Г. Чавайна «Мукш отар» («Пасека»). Драматург хотел показать мечту о счастливой жизни, воплощающуюся в яви, дать зрителю увидеть жизнь народа мари. «Пасека» до сих пор живет на марийской сцене, став классикой национального театра. С мечтой о новой жизни люди входили в следующий год.

На фото: Студенты Высшей коммунистической сельскохозяйственной школы, 1934 г. В центре во втором ряду – первый секретарь Марийского обкома ВКП(б) Н.И. Врубелевский и председатель Мароблисполкома И.П.Петров.

Напомним, сайт газеты «Йошкар-Ола» рассказывал, что в 1931 году артель инвалидов начала выпускать игрушки из папье-маше, в Красном городе появился Агропединститут  и открылись литературные курсы от самого Сергея Чавайна, ныне признанного классиком марийской литературы.

Василий ВАСИЛЬКОВ.

Фото предоставлено автором.